Нарада
नावमन्येद् अभिगतं न प्रणुद्यात् कथं चन ॥
अपि श्वपाके शुनि वा न दानं विप्रणश्यति ॥
यो दद्याद् अपरिक्लिष्टम् अन्नम् अध्वनि वर्तते ॥
श्रान्तायादृष्टपूर्वाय स महद् धर्मम् आप्नुयात् ॥
पितॄन् देवान् ऋषीन् विप्रान् अतिथींश् च जनाधिप ॥
यो नरः प्रीणयत्य् अन्नैस् तस्य पुण्यफलं महत् ॥
कृत्वापि पापकं कर्म यो दद्याद् अन्नम् अर्थिने ॥
ब्राह्मणाय विशेषेण न स पापेन युज्यते ॥
ब्राह्मणेष्व् अक्षयं दानम् अन्नं शूद्रे महाफलम् ॥
अन्नदानं च शूद्रे च ब्राह्मणे च विशिष्यते ॥
न पृच्छेद् गोत्रचरणं स्वाध्यायं देशम् एव वा ॥
भिक्षितो ब्राह्मणेनेह जन्म वान्नं प्रयाचितः ॥
nāvamanyed abhigataṃ na praṇudyāt kathaṃ cana ||
api śvapāke śuni vā na dānaṃ vipraṇaśyati ||
yo dadyād aparikliṣṭam annam adhvani vartate ||
śrāntāyādṛṣṭapūrvāya sa mahad dharmam āpnuyāt ||
pitṝn devān ṛṣīn viprān atithīṃś ca janādhipa ||
yo naraḥ prīṇayaty annais tasya puṇyaphalaṃ mahat ||
kṛtvāpi pāpakaṃ karma yo dadyād annam arthine ||
brāhmaṇāya viśeṣeṇa na sa pāpena yujyate ||
brāhmaṇeṣv akṣayaṃ dānam annaṃ śūdre mahāphalam ||
annadānaṃ ca śūdre ca brāhmaṇe ca viśiṣyate ||
na pṛcched gotracaraṇaṃ svādhyāyaṃ deśam eva vā ||
bhikṣito brāhmaṇeneha janma vānnaṃ prayācitaḥ ||
«Да не презрит пришедшего, да не прогонит никак; даже на отверженном или псе не пропадает даяние. Кто дал бы неиспорченную пищу тому, кто в пути, усталому, прежде невиданному, — тот великую дхарму обрёл бы. Предков, богов, риши, брахманов и гостей, о владыка людей, который человек насыщает пищею — того заслуги плод великий. Сотворив даже грешное дело, кто дал бы пищу нуждающемуся, брахману особенно, — не он грехом связуется. У брахманов нетленно даяние, пища у шудры — многоплодна; пищи даяние и у шудры, и у брахмана превосходно. Да не спросит готру-чарану, учёбу или страну, выпрошенный брахманом тут, или о рождении, пищу испрошенный».
7f050e695059 · publicado 21 jun 2026, 0:05:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Здесь — широчайшее, всеобъемлющее милосердие кормления: «даяние не пропадает даже на отверженном (śvapāka) или на псе». Голод не знает сословий, и накормить должно всякого — изгоя, бродягу, бессловесную тварь. Знаменательно и то, что у просящего пищи «не спрашивают ни рода, ни учёности, ни родины»: нужда сама по себе есть достаточное право на хлеб, и допрос голодного был бы жестокостью. Так пища-дар возвышается над всякою разборчивостью: где иные дары взвешивают достоинство получателя, там кусок хлеба подаётся по одному лишь признаку — что человек (или зверь) голоден.