अमृतं मनसः प्रीतिं सद्यः पुष्टिं ददाति च ॥
मनो ग्लपयते तीव्रं विषं गन्धेन सर्वशः ॥
अमृतं मङ्गलं विद्धि महद् विषम् अमङ्गलम् ॥
ओषध्यो ह्य् अमृतं सर्वं विषं तेजो ऽग्निसंभवम् ॥
मनो ह्लादयते यस्माच् छ्रियं चापि दधाति ह ॥
तस्मात् सुमनसः प्रोक्ता नरैः सुकृतकर्मभिः ॥
देवताभ्यः सुमनसो यो ददाति नरः शुचिः ॥
तस्मात् सुमनसः प्रोक्ता यस्मात् तुष्यन्ति देवताः ॥
यं यम् उद्दिश्य दीयेरन् देवं सुमनसः प्रभो ॥
मङ्गलार्थं स तेनास्य प्रीतो भवति दैत्यप ॥
ज्ञेयास् तूग्राश् च सौम्याश् च तेजस्विन्यश् च ताः पृथक् ॥
ओषध्यो बहुवीर्याश् च बहुरूपास् तथैव च ॥
amṛtaṃ manasaḥ prītiṃ sadyaḥ puṣṭiṃ dadāti ca ||
mano glapayate tīvraṃ viṣaṃ gandhena sarvaśaḥ ||
amṛtaṃ maṅgalaṃ viddhi mahad viṣam amaṅgalam ||
oṣadhyo hy amṛtaṃ sarvaṃ viṣaṃ tejo 'gnisaṃbhavam ||
mano hlādayate yasmāc chriyaṃ cāpi dadhāti ha ||
tasmāt sumanasaḥ proktā naraiḥ sukṛtakarmabhiḥ ||
devatābhyaḥ sumanaso yo dadāti naraḥ śuciḥ ||
tasmāt sumanasaḥ proktā yasmāt tuṣyanti devatāḥ ||
yaṃ yam uddiśya dīyeran devaṃ sumanasaḥ prabho ||
maṅgalārthaṃ sa tenāsya prīto bhavati daityapa ||
jñeyās tūgrāś ca saumyāś ca tejasvinyaś ca tāḥ pṛthak ||
oṣadhyo bahuvīryāś ca bahurūpās tathaiva ca ||
Шукра сказал: «Амрита ума радость тотчас и питание даёт; ум угнетает жестоко яд запахом всецело. Амриту благим знай, великий яд — неблагим; травы ведь — амрита вся, яд — жар, из огня рождённый. Ум радует поскольку, и красоту-удачу даёт, — потому „сумана“ названы людьми благодеятельными. Божествам цветы кто даёт, человек чистый, — потому „сумана“ названы, поскольку радуются божества. Какому бы богу, нацелив, ни давались цветы, о владыка, — ради блага он тем его доволен бывает, о владыка дайтьев. Знать же: грозные и кроткие, и пылкие, они отдельно; травы многосильные и многообразные также».
54c3921db269 · publicado 21 jun 2026, 3:20:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Дивно толкование самого имени цветка: «сумана» (благоумный) назван он оттого, что веселит ум (manas) и приносит удачу. Знаменательна заложенная здесь мера: благое — то, что радует сердце и питает, неблагое — то, что угнетает и жжёт; нектар и яд различаются по их действию на дух. Оттого и цветок, веселящий душу, сделался первым из приношений: даря богам отраду, человек и их располагает к отраде. И прозвание «сумана» приложено вдвойне — и к самим цветам, что радуют, и к тем чистым людям, что подносят их богам. Так в малом цветке прозревается закон большого: то, что несёт радость и чистоту, угодно и небу; служение, рождённое из светлого сердца, светло принимается.