द्रोणं संकीर्त्य भीष्मं च सोमदत्तं च बाह्लिकम् ॥
दुर्योधनं च राजानं पुत्रांश् चैव पृथक् पृथक् ॥
जयद्रथपुरोगांश् च सुहृदश् चैव सर्वशः ॥
स श्राद्धयज्ञो ववृधे बहुगोधनदक्षिणः ॥
अनेकधनरत्नौघो युधिष्ठिरमते तदा ॥
droṇaṃ saṃkīrtya bhīṣmaṃ ca somadattaṃ ca bāhlikam ||
duryodhanaṃ ca rājānaṃ putrāṃś caiva pṛthak pṛthak ||
jayadrathapurogāṃś ca suhṛdaś caiva sarvaśaḥ ||
sa śrāddhayajño vavṛdhe bahugodhanadakṣiṇaḥ ||
anekadhanaratnaugho yudhiṣṭhiramate tadā ||
Помянув Дрону и Бхишму, Сомадатту и Бахлику, царя Дурьодхану и сыновей — каждого порознь, Джаядратху во главе прочих и всех друзей, тот поминальный обряд он умножал, обильный дарами коров и богатств, с потоком многих сокровищ и драгоценностей, по соизволению Юдхиштхиры.
89f7c3320f87 · publicado 20 jun 2026, 22:05:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Поминая павших «каждого порознь» — и сыновей, и соратников, и даже Джаядратху, — старик не обходит никого из ушедших: шраддха есть долг любви, не разбирающий заслуг, ибо смерть равняет, а память чтит. Поразительно, что щедрость эта течёт «по соизволению Юдхиштхиры», на чьём богатстве она зиждется: победитель оплачивает поминовение тех, кто был ему врагом. Так дар обращается в обоюдное очищение — отец отдаёт долг сыновьям, а праведный царь снимает с прошлого последнюю горечь. Стих учит, что поминовение усопших не делит их на своих и чужих; и что величайшая щедрость — оплатить из своего достояния память о тех, кто стоял против тебя.