«И сказал Хари Шуке, обретшему облик возлюбленной: „Ты моя любимейшая, о благая; всегда пребывай подле меня, созерцающая мой облик, пришедшая в обитель любви“. И две главнейшие пастушки, одного возраста, благие, с единым обетом, единой верностью, с именем одного созвездия: одна подобная расплавленному золоту, там же другая, сияющая, как молния; одна с полусонными глазами, другая с мягкими продолговатыми очами, — их, слева и справа от Хари, почитал он с высшей преданностью. Он по истечении кальпы, оставив тело, стал в Гокуле дочерью у великого душою Упананды, с блеском лепестка синего лотоса. Вот она, жена Шри-Кришны, в жёлтом покрывале, полная в красной кофточке, с грудями, как золотые кувшины; носящая красную синдуру, покров всего тела, сияющая золотыми серьгами, с прекрасными щеками, весьма красивая; с венком из золотых лотосов, с грудями, умащёнными шафраном, — в чьей руке видится та свирель, вручённая Хари. Крайне искусная в игре на свирели, служительница Кешавы; Кришной, вполне довольным, однажды при исполнении дела возложена на её шею-раковину благая низка гунджи, и она сияет. И в отсутствие Кришны, томимая страстью его красотами, поющая весьма сладким голосом с играющими подругами, она наряжает эту молодую в убранство милого и заставляет плясать; и снова и снова, с чувством обняв Говинду, целует. Милая она всем пастушкам и Кришне крайне любезна.»