Supratīka
भवार्णवे दुःखतरोर्मिसंकुले तथाक्षमानग्रहणेऽतिभीषणे । न मज्जति त्वत्स्मरणप्लवो नरः स्मृतोऽसि रामेति तथा तपोवने
वेदेषु नष्टेषु भवांस्तथा हरे करोषि मात्स्यं वपुरात्मनः सदा । युगक्षये रञ्जितसर्वदिङ्मुखो भवांस्तथाग्निर्बहुरूपधृग् विभो
कौर्मं तथा ते वपुरास्थितः सदा युगे युगे माधव तोयमन्थने । न चान्यदस्तीति भवत्समं क्वचि- ज्जनार्दनाद् यः स्वयं भूतमुत्तमम्
त्वया ततं विश्वमिदं महात्मन् स्वकाखिलान् वेद दिशश्च सर्वाः । कथं त्वमाद्यं परमं तु धाम विहाय चान्यं शरणं व्रजामि
भवानेकः पूर्वमासीत् ततश्च त्वत्तो मही सलिलं वह्निरुच्चैः । वायुस्तथा खं च मनोऽपि बुद्धि- श्चेतोगुणास्तत्प्रभवं च सर्वम्
त्वया ततं विश्वमिदं समस्तं सनातनस्त्वं पुरुषो मतो मे । समस्तविश्वेश्वर विश्वमूर्ते सहस्त्रबाहो जय देव देव । नमोऽस्तु रामाय महानुभाव
bhavārṇave duḥkhatarormisaṃkule tathākṣamānagrahaṇe'tibhīṣaṇe | na majjati tvatsmaraṇaplavo naraḥ smṛto'si rāmeti tathā tapovane
vedeṣu naṣṭeṣu bhavāṃstathā hare karoṣi mātsyaṃ vapurātmanaḥ sadā | yugakṣaye rañjitasarvadiṅmukho bhavāṃstathāgnirbahurūpadhṛg vibho
kaurmaṃ tathā te vapurāsthitaḥ sadā yuge yuge mādhava toyamanthane | na cānyadastīti bhavatsamaṃ kvaci- jjanārdanād yaḥ svayaṃ bhūtamuttamam
tvayā tataṃ viśvamidaṃ mahātman svakākhilān veda diśaśca sarvāḥ | kathaṃ tvamādyaṃ paramaṃ tu dhāma vihāya cānyaṃ śaraṇaṃ vrajāmi
bhavānekaḥ pūrvamāsīt tataśca tvatto mahī salilaṃ vahniruccaiḥ | vāyustathā khaṃ ca mano'pi buddhi- ścetoguṇāstatprabhavaṃ ca sarvam
tvayā tataṃ viśvamidaṃ samastaṃ sanātanastvaṃ puruṣo mato me | samastaviśveśvara viśvamūrte sahastrabāho jaya deva deva | namo'stu rāmāya mahānubhāva
«В океане бытия, полном волн жестокой скорби, в непереносимом и весьма страшном схватывании, не тонет человек, у которого ладья — памятование о тебе; и памятуем ты как „Рама“ также и в лесу подвижничества. Когда пропали веды, ты, о Хари, творишь себе рыбье тело; при гибели юги ты — огонь, окрасивший лица всех сторон света, носящий многие облики, о всеобъемлющий. Черепашье тело твоё ты принимал в каждую югу, о Мадхава, при пахтанье вод; и нет нигде равного тебе, кроме самого Джанарданы, — отменнейшего существа. Тобою простёрта эта вселенная, о великий духом; ты знаешь все свои и все стороны света. Как же, оставив тебя, изначального, высшую обитель, пойду я к иному прибежищу? Ты один был прежде, и затем от тебя — земля, вода, огонь высоко, ветер, пространство, ум, разум и свойства сознания: из того возникло всё. Тобою простёрта эта вселенная целиком; вечным Пурушей ты признан мною. О владыка всей вселенной, о чей образ — вселенная, о тысячерукий, победи, о Бог; поклон да будет Раме, о великий величием».
8df087ce1b54 · publicado 3 sept 2026, 20:22:36 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Ладья, которою человек не тонет в океане бытия, названа здесь не подвигом и не знанием, а памятованием. Тот же образ был в самом начале книги, в третьем поклоне Варахе, — но там ладьёй назывался Он Сам, а здесь ладьёй становится память о Нём. Разница существенная для того, кто далеко от святых мест: носить с собою можно только память.
Середина гимна — вопрос, а не утверждение: «как же, оставив тебя, пойду я к иному прибежищу?» Отец, потерявший сына, спрашивает не «за что», а «к кому ещё». И сам себе отвечает перечислением: от Тебя земля, вода, огонь, ветер, пространство, ум, разум — идти попросту некуда, всё остальное тоже Твоё.
Замечательна и оговорка о равенстве: «нет нигде равного тебе, кроме самого Джанарданы». Единственный, кто равен Ему, — Он же под другим именем. Так вся вереница имён и обликов, которую книга перебирает с первой главы, замыкается сама на себя.