«…тогда пусть знает перерыв в учении; и не в свой срок — при виде туч, при громовом ударе, при землетрясении, при затмении светил. Эти перерывы должно знать несвоевременными, [но соблюдать] и в свой срок; [также] при возжжённых огнях и при звуке молнии и грома. Свет [зарницы] тоже [даёт] перерыв — в остатке ночи так же, как днём. Постоянный перерыв бывает в деревнях и городах у желающих искусности в дхарме — при зловонии, в деревне, где внутри лежит покойник, вблизи низкого человека, при плаче, во время тучи, в воде, в полночь и при извержении кала и мочи. Осквернённый и евший на шраддхе пусть и умом не помышляет [об учении]. Учёный дваждырождённый, приняв плату за поминальный обряд одному [умершему], пусть три дня не произносит Веды; [также] при рождении у царя и при [затмении] Раху. Покуда сохраняется на теле учёного випры принятие одной пищи и остаток жира — дотоле пусть не произносит Веды. Пусть не учится лёжа, с вытянутыми ногами, сделав перевязь на коленях; ни съев мяса или пищи со шраддхи шудры; ни в тумане, ни при свисте стрел, ни в обе сандхьи. В новолуние и четырнадцатый день, в полнолуние и восьмые дни, при начале и завершении учения — считается воздержание в три ночи. В аштаки — день и ночь, и в ночи, [приходящиеся] на концы времён года; в маргаширшу, в паушу и в месяц магха три аштаки названы мудрыми в тёмные половины. В тени шлешматаки, шалмали и мадхуки, ковидары и капиттхи никогда не должно учиться. При смерти равного по учёности и соученика…»