किं व उच्चरितैर्मातुर्धावद्भिः पृष्ठतो हतैः
न हि भीतवधः श्लाघ्यो न स्वर्ग्यः शूरमानिनाम्
यदि वः प्रधने श्रद्धा सारं वा क्षुल्लका हृदि
अग्रे तिष्ठत मात्रं मे न चेद्ग्राम्यसुखे स्पृहा
kiṃ va uccaritairmāturdhāvadbhiḥ pṛṣṭhato hataiḥ
na hi bhītavadhaḥ ślāghyo na svargyaḥ śūramāninām
yadi vaḥ pradhane śraddhā sāraṃ vā kṣullakā hṛdi
agre tiṣṭhata mātraṃ me na cedgrāmyasukhe spṛhā
«„Что вам за польза — вам, рождённым из испражнений матери, — бежать и быть убитыми со спины? Ведь у мнящих себя героями убийство испуганного ни похвально, ни ведёт на небо. Если у вас, ничтожные, есть вера в бой или сила в сердце, — станьте на миг предо мною; а если нет, то у вас одна лишь жажда деревенского счастья“».
7ab9c39be669 · опубликовано 14 авг. 2026 г., 20:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Уччаритаих матух — «испражнениями матери». Брань грубейшая, и книга приводит её дословно: беглецов называют не трусами, а тем, что вышло из тела и было выброшено.
Довод при этом стоит не на чести, а на выгоде противника: убивать испуганного невыгодно самим богам, ибо за такое не дают ни славы, ни неба. Он объясняет бегущим, что даже смерть их будет никому не нужна.
Аграе тиштхата матрам ме — «станьте предо мною на миг». Просит он не подвига, а мгновения: не воевать, а просто постоять лицом.
Грамья-сукхе сприха — «жажда деревенского счастья». Грамья — простонародное, домашнее, пошлое. Обратное храбрости названо не страхом, а тягой к уюту; и это, пожалуй, точнее.