«Она, [видя] в нём супруга — с глазами, долгими, как лепестки лотоса, с длинными руками, красавца людского мира, — глядя с застенчивою улыбкой и приподнятыми бровями, с любовью приблизилась — Рати, милый, с любовными [знаками]. Сказал ей Владыка, сын Кришны: „Матушка, помысел твой иной; преступив материнское чувство, ты ведёшь себя как влюблённая“. [Она сказала:] „Ты — сын Нараяны, похищенный Шамбарою из дома; я — законная твоя супруга Рати, ты — Кама, о владыка. Этот асура Шамбара бросил тебя, десятидневного, в океан; рыба проглотила [тебя]; из её чрева ты попал сюда, о владыка. Убей этого своего врага — неодолимого, труднопобедимого, знающего сотни майй, — майями обмана и прочими. Скорбит твоя мать — как скопа, у которой отняли птенца, смятенная любовью к сыну, жалкая, — как корова без телёнка, измученная“. Сказав так, Маявати дала великодушному Прадьюмне знание — Маявати, великую майю, губящую все майи. И он, подойдя к Шамбаре, вызвал [его] на битву, браня его нестерпимыми поношениями, порождая ссору. Он, осыпанный дурными словами, — как змей, тронутый ногою, — вышел с палицею в руке, с покрасневшими от нетерпения глазами; раскрутив палицу, стремительно в великодушного Прадьюмну метнув [её], он взревел рёвом, жестоким, как сокрушение ваджры. Ту летящую палицу Владыка Прадьюмна своею палицею отбив, гневный, метнул в врага свою палицу, о царь».