«Услышав, что он прибыл, обрадованный — [тот, кто] труднозрим для людей, — Аджаташатру вышел с наставниками, окружённый друзьями, с гулом пения и музыки, с обильным гулом Веды; он вышел к Хришикеше, почтительный, — как дыхания к дыханию. Увидев Кришну, с сердцем, растаявшим от нежности, Пандава, после долгого [срока] увиденного милейшего обнимал затем снова и снова; руками обняв тело Мукунды — незапятнанную обитель Рамы, — царь, чьё неблагое убито, обрёл высшее блаженство, со слезами на глазах, с ликующим телом, забывший о смятении мира. Его, сына дяди по матери, обняв, блаженный, Бхима улыбался, с чувствами, залитыми влагою любви; и близнецы, и Увенчанный, с радостью, с усилившимися слезами, обняли Ачьюту — лучшего из друзей. Обнятый Арджуною, приветствованный близнецами, поклонившись брахманам и старшим, как подобает, он почтил достойных почтения — Куру, Сринджаев и Кайкаев. Суты, магадхи, гандхарвы, вандины и шуты мридангами, раковинами, патахами, винами, панавами и гомукхами, и брахманы лотосоокого славили, плясали и пели. Так окружённый друзьями, венечный самоцвет тех, чья слава свята, восславляемый, Владыка вошёл в украшенный город — с дорогами, политыми водою, пахнущею течкою слонов, с пёстрыми стягами, золотыми арками и полными кувшинами, сияющий омытыми [телом] мужами и девицами в новых тонких тканях, уборах, венках и благовониях, прекрасный воскурениями, выходящими из решётчатых окон каждого дома, с зажжёнными светильниками и подношениями, с сияющими знамёнами, снабжённый домами с золотыми кувшинами на макушках и большими серебряными шпилями, — обитель царя Куру он увидел. Услышав, что прибыл сосуд для питья людских глаз, — с косами и завязками одежд, ослабшими от нетерпения, тотчас оставив домашнюю работу и мужей на ложе, смотреть пошли молодые [женщины] на царскую дорогу. На той, весьма запруженной слонами, конями, колесницами и двуногими, увидев Кришну с супругами, взойдя на дома, женщины, осыпав цветами, обняв умом, оказали прекрасный приём улыбчивым взглядом. Сказали женщины, увидев на дороге жён Мукунды — как звёзды при месяце: „Что же совершено ими, что венец Мужей долею игривого взгляда с щедрою улыбкою устрояет праздник для их глаз?“».