स्नपनं तस्य कर्तव्यं पुण्येऽहनि ' महीपते । गौरसर्षपकल्केन साज्येनोत्सादितेन तु
शुक्लपक्षे चतुर्थ्यां तु वासरे धिषणस्य च । तिष्ये च वीरनक्षत्रे तस्यैव पुरतो नृप
सर्वौषधैः सर्वगन्धैर्विलिप्तशिरसस्तथा । भद्रासनोपविष्टस्य स्वस्ति वाच्य द्विजाञ्छुभान्
व्योमकेशं तु सम्पूज्य पार्वतीं भीमजं तथा । कृष्णं सपितरं तात पवमानं सितं तथा
धिषणं चेन्दुपुत्रं च कोणं केतुं च भारत । विधुन्तुदं बाहुलेयं नन्दकस्य च धारिणम्
अश्वस्थानाद्गजस्थानाद्वल्मीकात्सङ्गमाद्ह्रदात् । मृत्तिकां रोचनां गन्धान्गुग्गुलं चाप्सु निक्षिपेत्
यदाहृतं ह्येकवर्णैश्चतुर्भिः कलशैर्ह्रदात् । चर्मण्यानडुहे रक्ते स्थाप्यं भद्रासनं तथा
सहस्राक्षं शतधारमृषिभिः पावनं कृतम् । तेन त्वामभिषिञ्चामि पावमान्यः पुनन्तु ते
snapanaṃ tasya kartavyaṃ puṇye'hani ' mahīpate | gaurasarṣapakalkena sājyenotsāditena tu
śuklapakṣe caturthyāṃ tu vāsare dhiṣaṇasya ca | tiṣye ca vīranakṣatre tasyaiva purato nṛpa
sarvauṣadhaiḥ sarvagandhairviliptaśirasastathā | bhadrāsanopaviṣṭasya svasti vācya dvijāñchubhān
vyomakeśaṃ tu sampūjya pārvatīṃ bhīmajaṃ tathā | kṛṣṇaṃ sapitaraṃ tāta pavamānaṃ sitaṃ tathā
dhiṣaṇaṃ cenduputraṃ ca koṇaṃ ketuṃ ca bhārata | vidhuntudaṃ bāhuleyaṃ nandakasya ca dhāriṇam
aśvasthānādgajasthānādvalmīkātsaṅgamādhradāt | mṛttikāṃ rocanāṃ gandhānguggulaṃ cāpsu nikṣipet
yadāhṛtaṃ hyekavarṇaiścaturbhiḥ kalaśairhradāt | carmaṇyānaḍuhe rakte sthāpyaṃ bhadrāsanaṃ tathā
sahasrākṣaṃ śatadhāramṛṣibhiḥ pāvanaṃ kṛtam | tena tvāmabhiṣiñcāmi pāvamānyaḥ punantu te
«„Омовение его должно совершить в святой день, о владыка земли, тестом из белой горчицы, с топлёным маслом, взбитым, — в четвёртый день светлой половины, в день Дхишаны и под звездою Тишья, доблестною, перед ним самим, о царь; всеми целебными травами и всеми благовониями умастив голову, усаженного на доброе сиденье, и дав добрым дваждырождённым возгласить благословение. Почтив же Того, чьи волосы — небо, и Парвати, и сына Грозного, и Кришну с отцом, о батюшка, и Ветер, и Белого, и Дхишану, и сына Луны, и Угол, и Кету, о Бхарата, и Терзающего луну, и сына Бахулы, и Держащего Нандаку, — от конюшни, от слоновника, от муравейника, от слияния, от пруда землю, рочану, благовония и гуггул да опустит в воду. Что принесено четырьмя одноцветными кувшинами из пруда, — на бычьей шкуре, красной, да будет поставлено доброе сиденье. „Тысячеокое, стоструйное, мудрецами соделанное очистительным, — тем я тебя окропляю; да очистят тебя павамани“».
95204e5d51fe · опубликовано 19 авг. 2026 г., 06:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Гаура-саршапа-калкена — «тестом из белой горчицы». Первое средство — растирание горчичным тестом с топлёным маслом. Средство телесное, и оно же лекарское. Лечение начато с растирания, а не с молитвы.
Ашва-стханад гаджа-стханад валмикат сангамад храдат — «от конюшни, от слоновника, от муравейника, от слияния, от пруда». Землю берут из пяти мест, и все они места силы или скопления жизни. Собранное вместе, оно и работает. Вода составлена из земли пяти разных мест.
Экаварнаиш чатурбхих калашаих — «четырьмя одноцветными кувшинами». Оговорка мелочная и потому убедительная: кувшины должны быть одного цвета. В таких предписаниях всегда важна ровность. Однородность утвари поставлена условием обряда.
Чармани анадухе ракте — «на бычьей шкуре, красной». Сиденье ставят на красную воловью шкуру. Подробность из очень старого слоя, куда старше всего окружающего чина. Под новым обрядом опять виден древний.
Сахасракшам шатадхарам — «тысячеокое, стоструйное». Строка эта — из ведийских гимнов о павамане, очищающемся соме. Целебное окропление подпёрто самым старым, что есть. Ведийское речение вставлено в поздний обряд без переделки.
Паваманьях пунанту те — «да очистят тебя павамани». Действующим названо не божество, а сами очистительные стихи. Слово тут работает наравне с водою. Очищение приписано произносимому.