ऋतुकाले ततो ज्येष्ठां वधूं तस्मै न्ययोजयत् ॥
सा तु रूपं च गन्धं च महर्षेः प्रविचिन्त्य तम् ॥
नाकरोद् वचनं देव्या भयात् सुरसुतोपमा ॥
ततः स्वैर् भूषणैर् दासीं भूषयित्वाप्सरोपमाम् ॥
प्रेषयाम् आस कृष्णाय ततः काशिपतेः सुता ॥
दासी ऋषिम् अनुप्राप्तं प्रत्युद्गम्याभिवाद्य च ॥
संविवेशाभ्यनुज्ञाता सत्कृत्योपचचार ह ॥
कामोपभोगेन तु स तस्यां तुष्टिम् अगाद् ऋषिः ॥
तया सहोषितो रात्रिं महर्षिः प्रीयमाणया ॥
उत्तिष्ठन्न् अब्रवीद् एनाम् अभुजिष्या भविष्यसि ॥
अयं च ते शुभे गर्भः श्रीमान् उदरम् आगतः ॥
धर्मात्मा भविता लोके सर्वबुद्धिमतां वरः ॥
ṛtukāle tato jyeṣṭhāṃ vadhūṃ tasmai nyayojayat ||
sā tu rūpaṃ ca gandhaṃ ca maharṣeḥ pravicintya tam ||
nākarod vacanaṃ devyā bhayāt surasutopamā ||
tataḥ svair bhūṣaṇair dāsīṃ bhūṣayitvāpsaropamām ||
preṣayām āsa kṛṣṇāya tataḥ kāśipateḥ sutā ||
dāsī ṛṣim anuprāptaṃ pratyudgamyābhivādya ca ||
saṃviveśābhyanujñātā satkṛtyopacacāra ha ||
kāmopabhogena tu sa tasyāṃ tuṣṭim agād ṛṣiḥ ||
tayā sahoṣito rātriṃ maharṣiḥ prīyamāṇayā ||
uttiṣṭhann abravīd enām abhujiṣyā bhaviṣyasi ||
ayaṃ ca te śubhe garbhaḥ śrīmān udaram āgataḥ ||
dharmātmā bhavitā loke sarvabuddhimatāṃ varaḥ ||
«Затем, в пору [после] месячных, [Сатьявати] призвала к нему старшую невестку (Амбику); но та, вспомнив облик и запах великого мудреца, не исполнила слова царицы из страха, [та,] подобная дочери богов. Тогда дочь царя Каши, украсив своими уборами служанку, подобную апсаре, послала [её] к Кришне. Служанка, [когда] мудрец пришёл, встретив [его] и приветствовав, с дозволения возлегла [с ним], почтив [и] услужив [ему]. Наслаждением мудрец остался ею доволен; великий мудрец провёл с нею, угождавшею [ему], ночь. Вставая, [он] сказал ей: „Ты [более] не будешь рабынею; и этот благой плод, о прекрасная, что вошёл в твоё чрево, будет праведником в мире, лучшим из всех разумных“».
74ca078b4ca1 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 16:16:47 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь, в противоположность царицам, служанка встречает Вьясу с почтением и услужением — и обретает высшую награду. Знаменательно различие: царицы по знатности устрашились и погнушались суровым обликом мудреца, а простая служанка приняла его с приветствием, почтением и заботою, без страха и отвращения. Здесь видно, что не происхождение, но смирение и преданность угодны святому: благоговейное служение садху, а не знатность, привлекает его милость. Знаменательно и двойное благословение: за служение мудрец освобождает её от рабства и дарует ей дитя-праведника, «лучшего из всех разумных». Здесь — плод сатсанги и севы: служа святому с верою, низкорождённая возвышается, обретая и свободу, и благословенное потомство; общение со святым освобождает от рабства — и внешнего, и рабства самсары. Знаменательно и то, что её сын будет совершеннее обоих царских сынов — без слепоты и без бледности: спокойствие и преданность матери даровали безупречного потомка. Так писание являет, что смиренное служение святому превосходит знатность и приносит высший плод, и что состояние сердца матери определяет совершенство дитяти.