इमां च तावद् धर्म्यां त्वं पौराणीं शृणु मे कथाम् ॥
परिश्रुतां विशालाक्ष कीर्तयिष्यामि याम् अहम् ॥
व्युषिताश्व इति ख्यातो बभूव किल पार्थिवः ॥
पुरा परमधर्मिष्ठः पूरोर् वंशविवर्धनः ॥
तस्मिंश् च यजमाने वै धर्मात्मनि महात्मनि ॥
उपागमंस् ततो देवाः सेन्द्राः सह महर्षिभिः ॥
अमाद्यद् इन्द्रः सोमेन दक्षिणाभिर् द्विजातयः ॥
व्युषिताश्वस्य राजर्षेस् ततो यज्ञे महात्मनः ॥
imāṃ ca tāvad dharmyāṃ tvaṃ paurāṇīṃ śṛṇu me kathām ||
pariśrutāṃ viśālākṣa kīrtayiṣyāmi yām aham ||
vyuṣitāśva iti khyāto babhūva kila pārthivaḥ ||
purā paramadharmiṣṭhaḥ pūror vaṃśavivardhanaḥ ||
tasmiṃś ca yajamāne vai dharmātmani mahātmani ||
upāgamaṃs tato devāḥ sendrāḥ saha maharṣibhiḥ ||
amādyad indraḥ somena dakṣiṇābhir dvijātayaḥ ||
vyuṣitāśvasya rājarṣes tato yajñe mahātmanaḥ ||
«И эту согласную с дхармой древнюю повесть выслушай от меня, слышанную мною, о большеокий, которую я поведаю. Был, говорят, царь, прославленный как Вьюшиташва, — встарь, в высшей степени праведный, продолжатель рода Пуру. И когда тот праведный, великий духом, совершал жертву, явились боги во главе с Индрой вместе с великими мудрецами; и опьянялся Индра сомою, а брахманы — дарами на жертве того царя-мудреца Вьюшиташвы, великого духом».
efccf545359a · опубликовано 12 июл. 2026 г., 16:41:49 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь Кунти зачинает поучительную повесть о Вьюшиташве, дабы подкрепить свой довод примером. Знаменательно, что она вводит его как «согласную с дхармой древнюю повесть» (dharmyāṃ paurāṇīṃ kathām): мудрая жена спорит не своеволием, а свидетельством предания. В этом — добрый обычай: обосновывать слово примером из писаний и старины, а не одним чувством. Знаменательно и величие жертвы Вьюшиташвы: на неё нисходят сами боги с Индрой — признак высшей праведности царя. Так писание устами Кунти подводит к рассказу, который явит силу подвига и верности, превозмогающую даже смерть.