विप्लुता चास्य भद्रं ते बुद्धिर् बुद्धिमतां वर ॥
चेदिराजस्य कौन्तेय सर्वेषां च महीक्षिताम् ॥
आदातुं हि नरव्याघ्रो यं यम् इच्छत्य् अयं यदा ॥
तस्य विप्लवते बुद्धिर् एवं चेदिपतेर् यथा ॥
चतुर्विधानां भूतानां त्रिषु लोकेषु माधवः ॥
प्रभवश् चैव सर्वेषां निधनं च युधिष्ठिर ॥
viplutā cāsya bhadraṃ te buddhir buddhimatāṃ vara ||
cedirājasya kaunteya sarveṣāṃ ca mahīkṣitām ||
ādātuṃ hi naravyāghro yaṃ yam icchaty ayaṃ yadā ||
tasya viplavate buddhir evaṃ cedipater yathā ||
caturvidhānāṃ bhūtānāṃ triṣu lokeṣu mādhavaḥ ||
prabhavaś caiva sarveṣāṃ nidhanaṃ ca yudhiṣṭhira ||
«И помрачён, — благо тебе, о лучший из разумных, — ум царя Чеди, о Каунтея, и всех этих владык земли. Ибо кого этот тигр-муж пожелает забрать, у того мутится ум — так, как у владыки Чеди. Мадхава — и исток, и кончина всего четвероякого сущего в трёх мирах, о Юдхиштхира».
bc2b762d8f72 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 15:40:28 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Глубока истина: «кого тигр-муж пожелает забрать, у того мутится ум». Знаменательно, что помрачение рассудка предшествует гибели как её предвестник: лишаемый Господней поддержки прежде лишается здравомыслия. Это не произвол, а праведный суд — отнятие света у того, кто свет отверг. И венчает речь провозглашение: Мадхава есть «и исток, и кончина всего» — в Его руке и начало, и конец всякого существа. Стих учит, что жизнь и смерть, разум и его помрачение — всё в воле Господа; и кто противится Ему, тот, сам того не зная, движется к концу, отмеренному Тем, от кого его собственное бытие.