वैशंपायन उवाच
सा शप्ता तेन क्रुद्धेन विश्वामित्रेण धीमता ॥
तस्मिंस् तीर्थवरे शुभ्रे शोणितं समुपावहत् ॥
अथाजग्मुस् ततो राजन् राक्षसास् तत्र भारत ॥
तत्र ते शोणितं सर्वे पिबन्तः सुखम् आसते ॥
तृप्ताश् च सुभृशं तेन सुखिता विगतज्वराः ॥
नृत्यन्तश् च हसन्तश् च यथा स्वर्गजितस् तथा ॥
vaiśaṃpāyana uvāca
sā śaptā tena kruddhena viśvāmitreṇa dhīmatā ||
tasmiṃs tīrthavare śubhre śoṇitaṃ samupāvahat ||
athājagmus tato rājan rākṣasās tatra bhārata ||
tatra te śoṇitaṃ sarve pibantaḥ sukham āsate ||
tṛptāś ca subhṛśaṃ tena sukhitā vigatajvarāḥ ||
nṛtyantaś ca hasantaś ca yathā svargajitas tathā ||
Вайшампаяна сказал: «Она, проклятая тем разгневанным Вишвамитрой мудрым, на том светлом лучшем броде кровь несла. Тогда пришли затем, о царь, ракшасы туда, о Бхарата; там они кровь, все, пьющие, счастливо пребывали — и насытившиеся весьма тем, счастливые, без печали, пляшущие и смеющиеся, словно завоевавшие небо».
7f18d2f8951f · опубликовано 20 июн. 2026 г., 16:25:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Осквернённая кровью река тотчас становится пиршеством для ракшасов, ликующих над нею. Знаменательна эта связь: скверна влечёт демоническое. Где чистота утрачена, там селится низшее естество и пирует, как на празднике. Так гнев одного провидца, осквернив святыню, открыл к ней доступ силам тьмы — зримый образ того, что нечистота места и сердца неизбежно притягивает соответственных ей обитателей.