«Увы, увы! Случилось это жгучее, многострадальное бедствие», — и она жалобно рыдала, сокрушённая скорбью о сыновьях. Увидев её, тот лучший из мудрецов сказал благое слово: «Не рыдай, благо тебе: подобные тебе вовсе не скорбят. Стойкие, многосчастная, свободны от жадности и ослепления. Чьи сыновья в круговороте? Чьи, богиня, добрые родичи? Ни у кого здесь нет ничего ни с кем — да будет всё это услышано, милая. Вы — дочери Дакши и прекрасные мои жёны; я вам супруг, исполняющий желания, о благая, устроитель, хранитель и защитник, прекрасноликая. Отчего же содеяно жестокими, не обуздавшими себя асурами? Сыновья твои, многосчастная, были чужды правды и дхармы;