«„Прежде Дурвасою дан ей дар, о великий мудрец, — так из уст Катьяяни было слышано мною прежде: „Что тобою варится, о богиня, та пища по моей милости да будет сладка, спорящая с амритой, и продлевающая жизнь вкушающему“. Потому зовёт её постоянно Яшода, любящая сына: „Да будет мой сын долголетен“; и та, от жадности до вкусного, услышав и получив дозволение, радостная, идёт в дом Нанды и, придя туда с сонмом подруг, стряпает. И Кришна, подоив каких-то коров и велев подоить людям прочих, приходит по слову отца в свой дом, окружённый друзьями. Сделав умащение и растирание, слугами с радостью омытый, носящий стираные одежды, в венке, с телом, умащённым сандалом; с волосами, связанными в два узла, сверкающий над шеей и челом; с челом, сияющим полумесяцем, украшенный тилакою и кудрями; браслетами, запястьями, наручами и самоцветными перстнями блистая руками, с грудью, сверкающей жемчужным ожерельем, с серьгами в виде макары, — не раз зовомый матерью, да войдёт он в трапезную, опершись на руку друга и следуя за Баладевою. Затем вкушает он разные яства с братом и окружённый друзьями, смеша друзей разными шутками и ими смеясь и сам.»