कदाचिद् यमुना-तीरे वत्सांश् चारयतोः स्वकैः
वयस्यैः कृष्ण-बलयोर् जिघांसुर् दैत्य आगमत्
तं वत्स-रूपिणं वीक्ष्य वत्स-यूथ-गतं हरिः
दर्शयन् बलदेवाय शनैर् मुग्ध इवासदत्
गृहीत्वापर-पादाभ्यां सह-लाङ्गूलम् अच्युतः
भ्रामयित्वा कपित्थाग्रे प्राहिणोद् गत-जीवितम्
स कपित्थैर् महा-कायः पात्यमानैः पपात ह
तं वीक्ष्य विस्मिता बालाः शशंसुः साधु साध्व् इति
देवाश् च परिसन्तुष्टा बभूवुः पुष्प-वर्षिणः
तौ वत्स-पालकौ भूत्वा सर्व-लोकैक-पालकौ
सप्रातर्-आशौ गो-वत्सांश् चारयन्तौ विचेरतुः
स्वं स्वं वत्स-कुलं सर्वे पाययिष्यन्त एकदा
गत्वा जलाशयाभ्याशं पाययित्वा पपुर् जलम्
ते तत्र ददृशुर् बाला महा-सत्त्वम् अवस्थितम्
तत्रसुर् वज्र-निर्भिन्नं गिरेः शृङ्गम् इव च्युतम्
स वै बको नाम महान् असुरो बक-रूप-धृक्
आगत्य सहसा कृष्णं तीक्ष्ण-तुण्डो ऽग्रसद् बली
kadācid yamunā-tīre vatsāṃś cārayatoḥ svakaiḥ
vayasyaiḥ kṛṣṇa-balayor jighāṃsur daitya āgamat
taṃ vatsa-rūpiṇaṃ vīkṣya vatsa-yūtha-gataṃ hariḥ
darśayan baladevāya śanair mugdha ivāsadat
gṛhītvāpara-pādābhyāṃ saha-lāṅgūlam acyutaḥ
bhrāmayitvā kapitthāgre prāhiṇod gata-jīvitam
sa kapitthair mahā-kāyaḥ pātyamānaiḥ papāta ha
taṃ vīkṣya vismitā bālāḥ śaśaṃsuḥ sādhu sādhv iti
devāś ca parisantuṣṭā babhūvuḥ puṣpa-varṣiṇaḥ
tau vatsa-pālakau bhūtvā sarva-lokaika-pālakau
saprātar-āśau go-vatsāṃś cārayantau viceratuḥ
svaṃ svaṃ vatsa-kulaṃ sarve pāyayiṣyanta ekadā
gatvā jalāśayābhyāśaṃ pāyayitvā papur jalam
te tatra dadṛśur bālā mahā-sattvam avasthitam
tatrasur vajra-nirbhinnaṃ gireḥ śṛṅgam iva cyutam
sa vai bako nāma mahān asuro baka-rūpa-dhṛk
āgatya sahasā kṛṣṇaṃ tīkṣṇa-tuṇḍo 'grasad balī
«Однажды, когда на берегу Ямуны они пасли телят со своими сверстниками, к Кришне и Бале пришёл дайтья, желавший убить; увидев его в облике телёнка, вошедшего в стадо телят, Хари, показав [его] Баладеве, тихонько подошёл, будто простодушный; схватив за задние ноги вместе с хвостом, Ачьюта, покрутив, забросил на верхушку капиттхи — [уже] лишённого жизни; он, огромнотелый, свалился вместе с падающими [плодами] капиттхи. Увидев то, изумлённые дети восхваляли: „Хорошо, хорошо!“ — и боги, весьма довольные, стали сыпать цветы. Те двое, единственные хранители всех миров, став пастушками телят, позавтракав, бродили, пася телят. Однажды все, желая напоить каждый своё стадо телят, придя к водоёму и напоив [их], сами напились воды; там дети увидели стоящее огромное существо и испугались — [оно было] как вершина горы, отколотая молнией и упавшая. То был великий асура по имени Бака, носящий облик цапли: внезапно подойдя, с острым клювом, сильный, он проглотил Кришну».
dd35f6c5cf55 · 发布于 2026年8月15日 17:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Даршаян баладевая — «показав [его] Баладеве». Прежде чем действовать, Он молча указывает брату. Это первое их совместное дело, и начинается оно со знака, а не со слова.
Мугдхах ива асадат — «подошёл, будто простодушный». Третий раз за три главы стоит слово ива: притворная простота — Его обычный приём. Он подходит так, как подходит ребёнок к телёнку.
Капиттха-агре прахинот — «забросил на верхушку капиттхи». Труп служит вместо палки: им сбивают плоды. Дерево капиттха — с твёрдыми плодами, которые дети и без того сбивают камнями.
Ватса-палакау... сарва-лока-эка-палакау — «пастушки телят... единственные хранители всех миров». Два слова с одним корнем пала, «хранитель», поставлены рядом: пасущие телят и хранящие миры. Сопоставление сделано без пояснений.
Гирех шрингам ива чьютам — «как вершина горы, отколотая молнией». Цапля описана величиною с обвал, и дети не понимают, что это птица. Испуг раньше узнавания.