नमो भगवते तस्मै कृष्णायाकुण्ठ-मेधसे
यत्-पादाम्बुरुह-ध्यानात् संहिताम् अध्यगाम् इमाम्
पैलादिभिर् व्यास-शिष्यैर् वेदाचार्यैर् महात्मभिः
वेदाश् च कथिता व्यस्ता एतत् सौम्याभिधेहि नः
समाहितात्मनो ब्रह्मन् ब्रह्मणः परमेष्ठिनः
हृद्य् आकाशाद् अभून् नादो वृत्ति-रोधाद् विभाव्यते
यद्-उपासनया ब्रह्मन् योगिनो मलम् आत्मनः
द्रव्य-क्रिया-कारकाख्यं धूत्वा यान्त्य् अपुनर्-भवम्
ततो ऽभूत् त्रि-वृद् ओंकारो यो ऽव्यक्त-प्रभवः स्व-राट्
यत् तल् लिङ्गं भगवतो ब्रह्मणः परमात्मनः
शृणोति य इमं स्फोटं सुप्त-श्रोत्रे च शून्य-दृक्
येन वाग् व्यज्यते यस्य व्यक्तिर् आकाश आत्मनः
स्व-धाम्नो ब्राह्मणः साक्षाद् वाचकः परमात्मनः
स सर्व-मन्त्रोपनिषद् वेद-बीजं सनातनम्
namo bhagavate tasmai kṛṣṇāyākuṇṭha-medhase
yat-pādāmburuha-dhyānāt saṃhitām adhyagām imām
pailādibhir vyāsa-śiṣyair vedācāryair mahātmabhiḥ
vedāś ca kathitā vyastā etat saumyābhidhehi naḥ
samāhitātmano brahman brahmaṇaḥ parameṣṭhinaḥ
hṛdy ākāśād abhūn nādo vṛtti-rodhād vibhāvyate
yad-upāsanayā brahman yogino malam ātmanaḥ
dravya-kriyā-kārakākhyaṃ dhūtvā yānty apunar-bhavam
tato 'bhūt tri-vṛd oṃkāro yo 'vyakta-prabhavaḥ sva-rāṭ
yat tal liṅgaṃ bhagavato brahmaṇaḥ paramātmanaḥ
śṛṇoti ya imaṃ sphoṭaṃ supta-śrotre ca śūnya-dṛk
yena vāg vyajyate yasya vyaktir ākāśa ātmanaḥ
sva-dhāmno brāhmaṇaḥ sākṣād vācakaḥ paramātmanaḥ
sa sarva-mantropaniṣad veda-bījaṃ sanātanam
«Поклон тому Бхагавану Кришне, чьё разумение не тупится, — от размышления о чьих лотосных стопах я усвоил эту самхиту. Пайлой и прочими учениками Вьясы, наставниками Веды, великими душами, Веды были изложены и разделены; об этом, о кроткий, поведай нам». — «У сосредоточенного, о брахман, у Брахмы Парамештхина из пространства в сердце возник звук, познаваемый при остановке прочих движений; почитанием которого, о брахман, йогины, стряхнув грязь своего существа, именуемую веществом, действием и деятелем, идут к неповторению рождения. Из него возник трёхчастный омкара — тот, чьё начало непроявлено, самодержавный, который есть примета Бхагавана, Брахмана, Параматмана. Его слышит тот, у кого слух уснул и зрение пусто, — этот спхота, которым проявляется речь и чьё проявление — в пространстве своего существа. Он — прямой выразитель самосветящегося Брахмана, Параматмана, он — сокровенная суть всех мантр, вечное семя Веды».
b1dc383484a7 · 发布于 2026年8月16日 18:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Акунтха-медхасе — «чьё разумение не тупится». Эпитет взят из обихода кузнеца: «кунтха» — затупившийся, севший. О разуме сказано, что он не садится от употребления, в отличие от всякого другого. Признак божественности указан через изнашиваемость, которой тут нет.
Ят-падамбуруха-дхьянат самхитам адхьягам — «от размышления о стопах я усвоил эту самхиту». Источником книги названо не заучивание и не долгая выучка, а сосредоточение. Причина стоит в отложительном падеже: усвоил именно от этого. Учёность выведена из привязанности, а не из усердия.
Хриди акашад абхун надах — «из пространства в сердце возник звук». У Веды указано место рождения, и это не уста. Пространство названо там же, где обычно помещают сердцевину существа. Слово родилось внутри, прежде чем стать слышимым снаружи.
Вритти-родхад вибхавьяте — «познаётся при остановке движений». Звук этот слышен не тогда, когда напрягают слух, а когда останавливают всё прочее. Тут же и повторение мысли: «супта-шротре ча шунья-дрик», у кого слух уснул и зрение пусто. Восприятие достигается вычитанием, а не прибавлением усилия.
Дравья-крия-каракакхьям малам — «грязь, именуемая веществом, действием и деятелем». Загрязнением названы не пороки и не страсти, а тройное деление всякого опыта на вещь, дело и делателя. Нечистотою объявлена привычная разметка мира, — и стряхивается она вместе с самой разметкой.
Сарва-мантропанишад веда-биджам — «сокровенная суть всех мантр, семя Веды». Слог назван и итогом, и началом сразу: то, к чему мантры сводятся, и то, из чего они вышли. Раньше он назван «лингой», приметой. Одно и то же названо и семенем, и приметой — из него растёт и по нему узнаётся.