अथ तत्रागतौ वीरावश्विनौ कालपर्ययात् । दृष्टवन्तौ सुकन्यां तौ दीप्त्या वै देवतामिव
उपगम्योचतुस्तां तौ का त्वं सुन्दरि रूपिणी । किमर्थमिह एका त्वं तिष्ठसे कस्तवाश्रयः
सा तावुवाच तन्वङ्गी शर्यातिदुहिता ह्यहम् । भर्ता च च्यवनो मह्यं कौ च वां मे तथोच्यताम्
ऊचतुश्चाश्विनौ देवावावां विद्धि नृपात्मजे । किं करिष्यसि तेन त्वं जीर्णेन च कृशेन च ॥ आवयोर्वृणु भर्तारमेकमेव यमिच्छसि
सा त्वब्रवीच्च मा मैवं वक्तुमर्हौ दिवौकसौ । भर्तारमनुरक्ताङ्गी यथा स्वाहा विभावसोः
अश्विनावूचतुः आयातु च विशत्वद्य च्यवनो वैष्णवीजलम् । ततो नौ मध्यगं ह्येकं वृणीष्वान्यं यमिच्छति
तावब्रूतां सुकन्यां तु गत्वा पृच्छ स्वकं पतिम् । तं च पृष्ट्वा पुनश्चात्रागच्छ नौ सन्निधौ पुनः
. आवामत्रैव तिष्ठावो यावदागमनं तव । सा गत्वा प्राह भर्तारमश्विनावेवसूचतुः
रूपवन्तं च भर्तारं करिष्यावो यमिच्छसि । अथ मध्यगतं ह्येकं भर्तृत्वेन वरिष्यसि
एवमस्त्विति तां प्राह भार्यां च्यवनस्त्वरन् । सा तं गृह्य जगामाशु यत्र तौ भिषजावुभौ
सा तावुवाच च्यवनो यथोक्तं भवतोर्वचः । कुरुतं ह्यश्विनौ क्षिप्रं सुकन्या चेप्सितं२ वृणोत्
तौ तं सङ्गृह्य गङ्गायां प्रविष्टौ मुनिना सह । मुहूर्तात्तु समुत्तिष्ठन्रूपतश्च श्रिया वृताः
शोभन्ते स्म महाबाहौ कमुद्भिद्य तपोयुताः । कल्पादौ कलशे यद्वत्कञ्जाक्ष व्योम वेधसः ॥ उदकादुत्थितास्तस्मात्सर्वे ते समरूपकाः
atha tatrāgatau vīrāvaśvinau kālaparyayāt | dṛṣṭavantau sukanyāṃ tau dīptyā vai devatāmiva
upagamyocatustāṃ tau kā tvaṃ sundari rūpiṇī | kimarthamiha ekā tvaṃ tiṣṭhase kastavāśrayaḥ
sā tāvuvāca tanvaṅgī śaryātiduhitā hyaham | bhartā ca cyavano mahyaṃ kau ca vāṃ me tathocyatām
ūcatuścāśvinau devāvāvāṃ viddhi nṛpātmaje | kiṃ kariṣyasi tena tvaṃ jīrṇena ca kṛśena ca || āvayorvṛṇu bhartāramekameva yamicchasi
sā tvabravīcca mā maivaṃ vaktumarhau divaukasau | bhartāramanuraktāṅgī yathā svāhā vibhāvasoḥ
aśvināvūcatuḥ āyātu ca viśatvadya cyavano vaiṣṇavījalam | tato nau madhyagaṃ hyekaṃ vṛṇīṣvānyaṃ yamicchati
tāvabrūtāṃ sukanyāṃ tu gatvā pṛccha svakaṃ patim | taṃ ca pṛṣṭvā punaścātrāgaccha nau sannidhau punaḥ
. āvāmatraiva tiṣṭhāvo yāvadāgamanaṃ tava | sā gatvā prāha bhartāramaśvināvevasūcatuḥ
rūpavantaṃ ca bhartāraṃ kariṣyāvo yamicchasi | atha madhyagataṃ hyekaṃ bhartṛtvena variṣyasi
evamastviti tāṃ prāha bhāryāṃ cyavanastvaran | sā taṃ gṛhya jagāmāśu yatra tau bhiṣajāvubhau
sā tāvuvāca cyavano yathoktaṃ bhavatorvacaḥ | kurutaṃ hyaśvinau kṣipraṃ sukanyā cepsitaṃ2 vṛṇot
tau taṃ saṅgṛhya gaṅgāyāṃ praviṣṭau muninā saha | muhūrtāttu samuttiṣṭhanrūpataśca śriyā vṛtāḥ
śobhante sma mahābāhau kamudbhidya tapoyutāḥ | kalpādau kalaśe yadvatkañjākṣa vyoma vedhasaḥ || udakādutthitāstasmātsarve te samarūpakāḥ
«„И вот пришли туда доблестные Ашвины по обороту времени и увидели Суканью — сиянием точно божество. Подойдя, они сказали ей: „Кто ты, прекрасная, обликом? Зачем ты здесь одна пребываешь? Кто твоя опора?“ Она, тонкостанная, сказала им: „Я дочь Шарьяти, а муж мой — Чьявана; кто же вы двое, о том скажите мне“. И сказали два бога Ашвина: „Знай нас, о царская дочь. Что ты станешь делать с этим — ветхим и худым? Избери из нас двоих в мужья одного, какого пожелаешь“. Она же сказала: „Не так, не так подобает говорить вам, небожителям: привержена я мужу всем существом, как Сваха — Вибхавасу“. Ашвины сказали: „Пусть придёт и войдёт ныне Чьявана в вишнуеву воду; тогда из нас, среди стоящих, избери одного, какого пожелаешь“. И сказали они Суканье: „Иди, спроси своего мужа; и, спросив его, снова приди сюда, к нам. Мы будем здесь, пока ты не вернёшься“. Она, пойдя, сказала мужу, что́ поведали Ашвины: „Сделаем мужа твоего прекрасным, какого пожелаешь; и тогда изберёшь ты в мужья одного из стоящих посреди“. „Да будет так“ — сказал той жене Чьявана поспешно. Она, взяв его, быстро пошла туда, где были оба врачевателя. Она сказала им: „Чьявана сказал так, как было ваше слово; сотворите же скорее, о Ашвины“, — и Суканья избрала желанное. Те двое, взяв его, вошли в Гангу вместе с мудрецом; и через мгновение восстали они, облечённые красотою и великолепием, — блистали, о мощнорукий, взойдя из воды, соединённые с подвигом, как в начале кальпы из сосуда лотосоокий — небо Творца; и все они, вышедшие из воды, были одинакового вида“».
edca44f785e1 · 发布于 2026年8月19日 06:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Ким каришьяси тена твам джирнена ча кришена ча — «что ты станешь делать с этим — ветхим и худым?». Соблазн начинается не с похвальбы, а с презрения к её мужу. Приём известный, и книга даёт его без прикрас. Соблазнитель начинает с того, что унижает другого.
Ятха сваха вибхавасох — «как Сваха — Вибхавасу». Она отвечает не отказом, а именем: как Сваха при Агни. Ответ дан на том же языке, на каком к ней обратились. Возражение построено на примере из их же круга.
Ваишнави джалам — «в вишнуеву воду». Условие поставлено хитрое: пусть войдёт в воду, а выберешь потом. Ловушка расставлена не для него, а для неё. Испытание переложено с мужа на жену.
Гатва приччха свакам патим — «иди, спроси своего мужа». Между предложением и согласием вставлено спрашивание. Она не решает за него, и он не решает за неё — сговариваются оба. Дело решено согласием обоих, а не одним.
Эвам асту ити — «да будет так». Согласие дано «поспешно», без торга и без страха. Тот, кто отказался тратить подвиг, легко соглашается рискнуть женою. На чужой дар он идёт охотнее, чем на трату своего.
Сарве те самарупаках — «все они были одинакового вида». Из воды выходят трое неотличимых. Задача поставлена начисто: никаких примет, кроме тех, что она сумеет разглядеть. Выбор оставлен без единой подсказки.