«…„Ты ешь, когда я поел, омываешься, когда я омылся; когда я в отлучке — скорбна, когда разгневан — дрожишь от страха. Подобная золотому цвету, с прекрасным лицом и милой улыбкою. Видя лицо твоё, любящее патоку и сахар, — скажи, о благая, отчего стоишь ты всегда с опущенным лицом?“ И она, пылая гневом, сказала ему: „Что болтаешь ты, эй, плут! Ты съел крошку от сластей, меня оставив; преступив меня, ты, охваченный страстью, отдал её другой“. — „По сходству с тобою дал я её другой, о прекрасная; тот один мой проступок изволь простить, о гневная“».