त्वम् उर्वी सलिलं वह्निर् वायुर् आकाशम् एव च समस्तम् अन्तःकरणं प्रधानं तत्परः पुमान् ।
एकं तवैतद् भूतात्मन् मूर्तामूर्तमयं वपुः आब्रह्मस्तम्बपर्यन्तं स्थानकालविभेदवत् ।
तत्रेश तव यत् पूर्वं त्वन्नाभिकमलोद्भवम् रूपं सर्गोपकाराय तस्मै ब्रह्मात्मने नमः ।
शक्रार्करुद्रवस्वश्विमरुत्सोमादिभेदवत् वयम् एवं स्वरूपं ते तस्मै देवात्मने नमः ।
दम्भप्रायम् असंबोधि तितिक्षादमवर्जितम् यद् रूपं तव गोविन्द तस्मै दैत्यात्मने नमः ।
नातिज्ञानवहा यस्मिन् नाड्यः स्तिमिततेजसि शब्दादिलोभि यत् तस्मै तुभ्यं यक्षात्मने नमः ।
tvam urvī salilaṃ vahnir vāyur ākāśam eva ca samastam antaḥkaraṇaṃ pradhānaṃ tatparaḥ pumān /
ekaṃ tavaitad bhūtātman mūrtāmūrtamayaṃ vapuḥ ābrahmastambaparyantaṃ sthānakālavibhedavat /
tatreśa tava yat pūrvaṃ tvannābhikamalodbhavam rūpaṃ sargopakārāya tasmai brahmātmane namaḥ /
śakrārkarudravasvaśvimarutsomādibhedavat vayam evaṃ svarūpaṃ te tasmai devātmane namaḥ /
dambhaprāyam asaṃbodhi titikṣādamavarjitam yad rūpaṃ tava govinda tasmai daityātmane namaḥ /
nātijñānavahā yasmin nāḍyaḥ stimitatejasi śabdādilobhi yat tasmai tubhyaṃ yakṣātmane namaḥ /
«Ты — земля, вода, огонь, ветер и пространство; весь внутренний орган, первооснова и высший её Пуруша.
Одно это твоё тело, о душа существ, состоящее из явленного и неявленного, — от Брахмы до пучка травы, — различено лишь местом и временем.
И там первый твой образ, возникший из лотоса твоего пупа для содействия творению, — тому существу Брахмы поклон.
Различённый как Шакра, солнце, Рудра, васу, Ашвины, маруты, Сома и прочие — таков собственный образ твой, каковы и мы: тому существу богов поклон.
Полный надменности, непробуждённый, лишённый терпения и обуздания образ твой, о Говинда, — тому существу дайтьев поклон.
Тот, в котором протоки не несут высокого знания, со светом недвижным, жадный до звука и прочего, — тому тебе, существу якшей, поклон».
e5398fa68fae · 发布于 2026年8月22日 05:01:28 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Гимн строится перечнем поклонов, и уже третий из них останавливает читателя: поклон Ему же — как существу дайтьев.
Сказано без смягчения: надменный, непробуждённый, без терпения и обуздания. И это тоже назвали Его образом — тому, кто через минуту даст богам оружие против этих самых дайтьев.
Смысл прост и труден одновременно. Если Он один во всём, то Он и в противнике. Не «допускает» противника, не «терпит» — есть им, ровно настолько, насколько тот вообще существует.
Якши описаны так же телесно: свет недвижный, жадность до звука и прочего. Каждый род существ здесь — не отдельная тварь, а особый вкус сознания, и каждый назван Его именем.
Оттого первый стих и говорит: тело одно, различено лишь местом и временем. Разные не сущности, а места и часы, где одно и то же являет себя по-разному.