शौनक उवाच
को ऽपराधो महेन्द्रस्य कः प्रमादश् च सूतज ॥
तपसा वालखिल्यानां संभूतो गरुडः कथम् ॥
कश्यपस्य द्विजातेश् च कथं वै पक्षिराट् सुतः ॥
अधृष्यः सर्वभूतानाम् अवध्यश् चाभवत् कथम् ॥
कथं च कामचारी स कामवीर्यश् च खेचरः ॥
एतद् इच्छाम्य् अहं श्रोतुं पुराणे यदि पठ्यते ॥
सूत उवाच
विषयो ऽयं पुराणस्य यन् मां त्वं परिपृच्छसि ॥
शृणु मे वदतः सर्वम् एतत् संक्षेपतो द्विज ॥
यजतः पुत्रकामस्य कश्यपस्य प्रजापतेः ॥
साहाय्यम् ऋषयो देवा गन्धर्वाश् च ददुः किल ॥
तत्रेध्मानयने शक्रो नियुक्तः कश्यपेन ह ॥
मुनयो वालखिल्याश् च ये चान्ये देवतागणाः ॥
शक्रस् तु वीर्यसदृशम् इध्मभारं गिरिप्रभम् ॥
समुद्यम्यानयाम् आस नातिकृच्छ्राद् इव प्रभुः ॥
अथापश्यद् ऋषीन् ह्रस्वान् अङ्गुष्ठोदरपर्वणः ॥
पलाशवृन्तिकाम् एकां सहितान् वहतः पथि ॥
प्रलीनान् स्वेष्व् इवाङ्गेषु निराहारांस् तपोधनान् ॥
क्लिश्यमानान् मन्दबलान् गोष्पदे संप्लुतोदके ॥
तांश् च सर्वान् स्मयाविष्टो वीर्योन्मत्तः पुरंदरः ॥
अवहस्यात्यगाच् छीघ्रं लङ्घयित्वावमन्य च ॥
ते ऽथ रोषसमाविष्टाः सुभृशं जातमन्यवः ॥
आरेभिरे महत् कर्म तदा शक्रभयंकरम् ॥
जुहुवुस् ते सुतपसो विधिवज् जातवेदसम् ॥
मन्त्रैर् उच्चावचैर् विप्रा येन कामेन तच् छृणु ॥
śaunaka uvāca
ko 'parādho mahendrasya kaḥ pramādaś ca sūtaja ||
tapasā vālakhilyānāṃ saṃbhūto garuḍaḥ katham ||
kaśyapasya dvijāteś ca kathaṃ vai pakṣirāṭ sutaḥ ||
adhṛṣyaḥ sarvabhūtānām avadhyaś cābhavat katham ||
kathaṃ ca kāmacārī sa kāmavīryaś ca khecaraḥ ||
etad icchāmy ahaṃ śrotuṃ purāṇe yadi paṭhyate ||
sūta uvāca
viṣayo 'yaṃ purāṇasya yan māṃ tvaṃ paripṛcchasi ||
śṛṇu me vadataḥ sarvam etat saṃkṣepato dvija ||
yajataḥ putrakāmasya kaśyapasya prajāpateḥ ||
sāhāyyam ṛṣayo devā gandharvāś ca daduḥ kila ||
tatredhmānayane śakro niyuktaḥ kaśyapena ha ||
munayo vālakhilyāś ca ye cānye devatāgaṇāḥ ||
śakras tu vīryasadṛśam idhmabhāraṃ giriprabham ||
samudyamyānayām āsa nātikṛcchrād iva prabhuḥ ||
athāpaśyad ṛṣīn hrasvān aṅguṣṭhodaraparvaṇaḥ ||
palāśavṛntikām ekāṃ sahitān vahataḥ pathi ||
pralīnān sveṣv ivāṅgeṣu nirāhārāṃs tapodhanān ||
kliśyamānān mandabalān goṣpade saṃplutodake ||
tāṃś ca sarvān smayāviṣṭo vīryonmattaḥ puraṃdaraḥ ||
avahasyātyagāc chīghraṃ laṅghayitvāvamanya ca ||
te 'tha roṣasamāviṣṭāḥ subhṛśaṃ jātamanyavaḥ ||
ārebhire mahat karma tadā śakrabhayaṃkaram ||
juhuvus te sutapaso vidhivaj jātavedasam ||
mantrair uccāvacair viprā yena kāmena tac chṛṇu ||
Шаунака сказал: «В чём вина и в чём нерадение великого Индры, о сын Суты? Как силою подвига Валакхильев возник Гаруда? Как у дваждырождённого Кашьяпы [появился] сын — царь птиц? Как стал он неодолим и неубиваем для всех существ, и как [стал] странствующим и [действующим] по [собственной] воле? Это я желаю услышать, если о том говорится в пуране». Сута сказал: «Это [как раз] предмет пураны, о чём ты спрашиваешь меня; слушай же всё это вкратце, о брахман. Когда Кашьяпа-Праджапати совершал жертвоприношение ради [рождения] сына, мудрецы, боги и гандхарвы оказывали [ему] помощь. На принос дров был назначен Кашьяпой Шакра (Индра), а также мудрецы Валакхильи и прочие сонмы богов. И Шакра принёс достойную [его] силы ношу дров, [огромную], как гора, [сделав это] почти без труда, [как и подобает] владыке. [Затем] он увидел крошечных мудрецов, [размером] с сустав большого пальца, сообща несущих один черешок листа палаша; изнурённых, бессильных подвижников, постящихся, тонущих в следе от коровьего копыта, [наполненном] водою. Индра, опьянённый [своей] силою, посмеявшись над всеми ими, поспешно прошёл мимо, перешагнув [через них] и пренебрегши [ими]. Тогда они, охваченные гневом, весьма разъярённые, начали великое дело, грозное Индре: эти подвижники-брахманы совершили, как должно, возлияние в огонь с возвышенными мантрами — с каким намерением, слушай».
ad44bf22c116 · published Jun 16, 2026, 5:00:00 AM UTC
Page between verses with
Здесь обнажается корень всей цепи событий — гордыня сильного и его презрение к слабым. Индра, опьянённый своей мощью, насмехается над крошечными Валакхильями, изнемогающими под тяжестью листового черешка. Так писание являет тягчайший порок власть имущих: пренебрежение к малым и беззащитным, особенно к подвижникам, чья сила сокрыта. Здесь — важнейший урок: оскорбление святого (садху-апарадха), сколь бы ничтожным он ни казался внешне, есть страшнейший грех, ибо за смиренной немощью подвижника стоит несокрушимая духовная мощь. Индра судит по телесному размеру и не видит духа — и этим навлекает на себя кару. Замечательно, что Валакхильи отвечают не проклятием, а подвигом (ягьей): их сила — в тапасе и жертве, а не в гневном слове. Так противопоставлены ложная сила гордеца и истинная сила смиренного подвижника. Презрение к малым обернётся для Индры явлением того, кто превзойдёт его, — ибо Господь смиряет гордых и возвышает униженных.