Здесь Бхишма являет несокрушимую верность обету. Знаменательны его клятвы через невозможное: скорее земля утратит запах, вода — вкус, солнце — свет, чем он отступит от истины. Здесь — высшая красота сатьи (правдивости): для Бхишмы данное слово неотторжимо от него, как запах от земли, как жар от огня; нарушить его значило бы перестать быть собою. Знаменательно, что он ставит истину выше «трёх миров и царства над богами»: верность слову дороже всякой власти и всякого блага. Здесь видно, что правдивость — основа всех добродетелей и опора миропорядка: сам мир держится истиной, и боги — стихии хранят свои свойства потому, что верны своей природе; так и праведник верен своему слову. И заметим: Бхишма не споря с тем, что нийога есть дхарма, отказывается лишь потому, что она столкнулась бы с его личным обетом; для него святость данной клятвы выше даже благой нужды. Так писание возводит сатью на высоту высшей дхармы и являет в Бхишме её живое воплощение — того, чьё имя стало знаменем нерушимой верности.