Прелестью её поражённый стрелою бога любви, со смятенным и спутанным разумением был сын мудреца, о лучшие из дваждырождённых. От великого ослепления он бормочет и снова и снова зевает; испарина, дрожь и жар явились у него в тот же миг. Словно теряя рассудок от великих ослеплений, изнемогший, с поколебленным сердцем, дрожащий, терзаемый, — так подошёл Анга. И, увидев её, большеокую, славную дочь Смерти, великий духом сказал Сунитхе, прекрасно смеющейся: «Кто ты, чья ты, прекраснобёдрая, окружённая подругами? По какому делу пришла и кем послана в лес? Всё тело твоё прекрасно и сияет здесь, в великом лесу. Скажи мне ныне же, будь ко мне милостива». Помрачённый наваждением майи, он не ведает её дела; пронзённый стрелами бога любви, тот великий молчальник —