अथोवाच तदा रुद्रं देवः कमलसंस्थितः । गच्छ त्वमपि कापाले कपालव्रतचर्यया ॥ अवतारो व्रतस्यास्य मर्त्यलोके भविष्यति
ये च व्रतं त्वदीयं वै धारयिष्यन्ति मानवाः । न तेषां दुर्लभं किञ्चिद्भवितेह परत्र च
एवं संलप्य बहुशः सुमुखं प्रतिनन्द्य च । आहूय च समुद्रं स प्रत्युवाचाविचारयन्
कुरुष्वाभरणं२ स्त्रीणां लक्षणं यद्विलक्षणम् । कार्त्तिकेयेन यत्प्रोक्तं तद्वदस्वाविचारयन्
स चाह मम नाम्नेदं भवेत्पुरुषलक्षणम् । देवेन तत्प्रतिज्ञातमेवमेतद्भविष्यति
कार्त्तिकेयेन यत्प्रोक्तं तद्वदस्वाविचारयन्
प्रयच्छास्य विषाणं वै निष्कृष्टं यत्त्वयाऽधुना । अवश्यमेव तद्भूतं भवितव्यं तु कस्यचित्
ऋते विनायकं तद्वै दैवयोगान्न कामतः । गृहाण एतत्सामुद्रं यत्त्वया परिकीर्तितम्
स्त्रीपुंसोर्लक्षणं श्रेष्ठं सामुद्रमिति विश्रुतम । इमं च सविषाणं वै कुरु देवविनायकम
athovāca tadā rudraṃ devaḥ kamalasaṃsthitaḥ | gaccha tvamapi kāpāle kapālavratacaryayā || avatāro vratasyāsya martyaloke bhaviṣyati
ye ca vrataṃ tvadīyaṃ vai dhārayiṣyanti mānavāḥ | na teṣāṃ durlabhaṃ kiñcidbhaviteha paratra ca
evaṃ saṃlapya bahuśaḥ sumukhaṃ pratinandya ca | āhūya ca samudraṃ sa pratyuvācāvicārayan
kuruṣvābharaṇaṃ2 strīṇāṃ lakṣaṇaṃ yadvilakṣaṇam | kārttikeyena yatproktaṃ tadvadasvāvicārayan
sa cāha mama nāmnedaṃ bhavetpuruṣalakṣaṇam | devena tatpratijñātamevametadbhaviṣyati
kārttikeyena yatproktaṃ tadvadasvāvicārayan
prayacchāsya viṣāṇaṃ vai niṣkṛṣṭaṃ yattvayā'dhunā | avaśyameva tadbhūtaṃ bhavitavyaṃ tu kasyacit
ṛte vināyakaṃ tadvai daivayogānna kāmataḥ | gṛhāṇa etatsāmudraṃ yattvayā parikīrtitam
strīpuṃsorlakṣaṇaṃ śreṣṭhaṃ sāmudramiti viśrutama | imaṃ ca saviṣāṇaṃ vai kuru devavināyakama
«„И сказал тогда Рудре бог, пребывающий в лотосе: „Иди и ты, о носящий череп, с исполнением обета черепа: нисхождение этого обета будет в мире смертных. А те люди, что будут держать обет твой, — у тех не будет ничего труднодостижимого ни здесь, ни в ином мире“. Так переговорив многократно и приветствовав Прекрасноликого, он призвал Море и отвечал ему, не рассуждая: „Сотвори убранство женщин — примету, что была утрачена; и что сказано Карттикеей, о том скажи, не рассуждая“. И тот сказал: „Моим именем да будет эта примета мужей“. Богом то было обещано: „Так этому и быть“. И что сказано Карттикеей, о том скажи, не рассуждая: „Отдай ему бивень, ныне тобою вырванный; непременно ведь тому, что стало, должно кому-нибудь принадлежать. Кроме Винаяки, — по сложению судьбы, а не по желанию. Прими вот это морское, что тобою возглашено: наилучшая примета жён и мужей, прославленная как «морская», — и этого, с бивнем, сделай божественным Винаякой“».
cf6abfd1ee50 · publicado 19 ago 2026, 6:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Капала-врата-чарьяя — «с исполнением обета черепа». Убийце назначено не наказание, а обет: ходить с черепом и просить. Так объяснено происхождение целого пути подвижничества. Наказание переделано в устав.
Аватаро вратасьясья мартьялоке бхавишьяти — «нисхождение этого обета будет в мире смертных». Сказано, что обет сойдёт к людям. Не бог сходит, а его покаяние — и становится людским обычаем. К людям спускается не божество, а его искупление.
Курушвабхаранам стринам лакшанам яд вилакшанам — «сотвори убранство женщин — примету, что была утрачена». Море призвано доделать то, чему помешал Винаяка. Недостающую половину науки восстанавливают через море, куда её бросили. Утраченное возвращают оттуда, куда его выбросили.
Мама намнедам бхавет пуруша-лакшанам — «моим именем да будет эта примета мужей». Море ставит условие: назовите науку моим именем. Так объяснено слово «самудрика» — наука о приметах тела. Название науки выведено из места, где она пролежала.
Даива-ёган на каматах — «по сложению судьбы, а не по желанию». Оговорка о бивне: он достался Винаяке не потому, что тот хотел, а потому, что так сошлось. Увечье не выбирают. Утрата названа делом случая, а не воли.
Имам ча савишанам куру дева-винаякам — «и этого, с бивнем, сделай божественным Винаякой». Отломанное возвращают не на место, а в руки: он будет держать свой бивень. Так и лепят его изваяния. Изъян отдан обратно как принадлежность.