अपां फेनसवर्णां तु सवत्सां कांस्यदोहनाम् ॥
प्रदाय वस्त्रसंवीतां वारुणं लोकम् अश्नुते ॥
वातरेणुसवर्णां तु सवत्सां कांस्यदोहनाम् ॥
प्रदाय वस्त्रसंवीतां वायुलोके महीयते ॥
हिरण्यवर्णां पिङ्गाक्षीं सवत्सां कांस्यदोहनाम् ॥
प्रदाय वस्त्रसंवीतां कौबेरं लोकम् अश्नुते ॥
पलालधूम्रवर्णां तु सवत्सां कांस्यदोहनाम् ॥
प्रदाय वस्त्रसंवीतां पितृलोके महीयते ॥
सवत्सां पीवरीं दत्त्वा शितिकण्ठाम् अलंकृताम् ॥
वैश्वदेवम् असंबाधं स्थानं श्रेष्ठं प्रपद्यते ॥
apāṃ phenasavarṇāṃ tu savatsāṃ kāṃsyadohanām ||
pradāya vastrasaṃvītāṃ vāruṇaṃ lokam aśnute ||
vātareṇusavarṇāṃ tu savatsāṃ kāṃsyadohanām ||
pradāya vastrasaṃvītāṃ vāyuloke mahīyate ||
hiraṇyavarṇāṃ piṅgākṣīṃ savatsāṃ kāṃsyadohanām ||
pradāya vastrasaṃvītāṃ kauberaṃ lokam aśnute ||
palāladhūmravarṇāṃ tu savatsāṃ kāṃsyadohanām ||
pradāya vastrasaṃvītāṃ pitṛloke mahīyate ||
savatsāṃ pīvarīṃ dattvā śitikaṇṭhām alaṃkṛtām ||
vaiśvadevam asaṃbādhaṃ sthānaṃ śreṣṭhaṃ prapadyate ||
«Воды пены цвета, с телёнком, с бронзовым подойником, дав, тканью обвитую, — Варуны мир обретает. Ветра-пыли цвета, с телёнком, с бронзовым подойником, дав, тканью обвитую, — в мире Ваю величается. Золотого цвета, рыжеглазую, с телёнком, с бронзовым подойником, дав, тканью обвитую, — Куберы мир обретает. Соломенно-дымчатого цвета, с телёнком, с бронзовым подойником, дав, тканью обвитую, — в мире предков величается. С телёнком, тучную дав, синешеюю, украшенную, — Вайшвадэва, беспрепятственное место наилучшее обретает».
b28c23ec2de7 · publicado 21 jun 2026, 1:25:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Роспись продолжается, и каждой масти отвечает свой владыка стихий: пенно-белая (цвета морской пены) ведёт к Варуне, владыке вод; пыльно-серая — к Ваю, богу ветра; златая рыжеглазая — к Куберу, подателю богатств; соломенно-дымчатая — к предкам. Знаменательно соответствие цвета корм и́ божеству: будто в масти животного отражена природа той стихии, какою правит бог. Венчает же отрывок дар «тучной синешеей» коровы, ведущий в «беспрепятственное» (asaṃbādha) высшее место Вишведэвов. Так корова предстаёт всеобъемлющим даром, в самом многоцветии своём вмещающим весь сонм богов и стихий — и для всякого их мира служащим колесницею.