यदि दास्यस्यभिमतान् वरान् मे वरदोत्तम
भूतेभ्यस्त्वद्विसृष्टेभ्यो मृत्युर्मा भून् मम प्रभो
नान्तर्बहिर्दिवा नक्तमन्यस्मादपि चायुधैः
न भूमौ नाम्बरे मृत्युर्न नरैर्न मृगैरपि
व्यसुभिर्वासुमद्भिर्वा सुरासुरमहोरगैः
अप्रतिद्वन्द्वतां युद्धे ऐकपत्यं च देहिनाम्
सर्वेषां लोकपालानां महिमानं यथात्मनः
तपोयोगप्रभावाणां यन् न रिष्यति कर्हिचित्
yadi dāsyasyabhimatān varān me varadottama
bhūtebhyastvadvisṛṣṭebhyo mṛtyurmā bhūn mama prabho
nāntarbahirdivā naktamanyasmādapi cāyudhaiḥ
na bhūmau nāmbare mṛtyurna narairna mṛgairapi
vyasubhirvāsumadbhirvā surāsuramahoragaiḥ
apratidvandvatāṃ yuddhe aikapatyaṃ ca dehinām
sarveṣāṃ lokapālānāṃ mahimānaṃ yathātmanaḥ
tapoyogaprabhāvāṇāṃ yan na riṣyati karhicit
«„Если дашь мне желанные дары, о лучший из дарителей, — да не будет мне смерти от существ, тобою испущенных, о владыка: ни внутри, ни снаружи, ни днём, ни ночью, ни от иного, ни от оружий; ни на земле, ни в небе — смерти; ни от людей, ни от зверей; ни от бездыханных, ни от дышащих, ни от богов, асуров и великих змиев. [Дай] отсутствие соперника в битве и единовластие над воплощёнными, величие всех хранителей миров, как у тебя самого, — у тех, чья сила подвиг и йога, — то, что никогда не гибнет“».
c9ac67e11024 · प्रकाशित 14 अग॰ 2026, 10:00:00 pm UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Он не просит бессмертия — он знает, что его не дадут, потому что сам даритель смертен. И потому строит не просьбу, а ограду: перечисляет все двери, какие может припомнить.
Бхутебхьях тват-висриштебхьях — «от существ, тобою испущенных». Первая же оговорка и самая уязвимая: закрыто только сотворённое Брахмою. О том, кто не сотворён, речи нет.
Дальше перечень идёт парами, замыкая круг: внутри — снаружи, днём — ночью, на земле — в небе, люди — звери, бездыханные — дышащие. Каждая пара кажется исчерпывающей; и каждая оставляет щель ровно посередине.
Ят на ришьяти кархичит — «то, что никогда не гибнет». Последняя просьба и самая откровенная: он просит негибнущего — не выговорив слова «бессмертие» ни разу.