«„От стечения судьбы, от неудачи, от незнания обихода видано, что попрёк постигает женщин и при чистом сердце. Отвращения судьбы у них не бывает без вкушения; добрый нрав и мирской обиход — их и знают лекарством от того. Молодую, увлечённую качелями и прочими забавами ночью, вдову, что тешится с гуляками и живёт своевольно, жену старика, наряженную, льнущую к повозкам и пению, — кто поверит, что она верна, — даже и добрую женщину? А те их знаки и повадки, что разрешают сомнительное, — постижение их по существу разве что предмет для йогинов. Потому да исполняет сказанный обиход, хорошо обузданная: и ложно приставший дурной слух колеблет самый род её. От попрёка должно уберечь три рода и утвердить потомство, и достижение мужем трёх целей — вот что должны исполнять женщины того рода. Дурным нравом они низвергают и себя, и три рода, и они же извлекают их — женщины, чьё украшение добрый нрав. У тех, чьё согласие с мыслью мужа и чей нрав неколебим, самоцветы, золото и прочее — лишь тяжесть, а не убор. Высшая вершина в знании мира и постоянная преданность мужу — вот что должно знать родовым обетом женщин чистого происхождения. Потому та, кем как должно угождено и миру, и мужу, — она и обретает дхарму, пользу и желание, и остаётся невредима“».