Śrī-Kṛṣṇa
तस्यैतद्वचनं श्रुत्वा विपीतस्य सवेदनः ॥ वेदनार्त उवाचेदं कृच्छ्रादुच्छुस्य मंदकम्
॥ सीरभद्र उवाच ॥ ॥ ब्रह्मन्नालोचितं पूर्वं कथमंते भविष्यति ॥ अशाश्वते शाश्वतधीस्तेन दह्यामि दुर्मतिः
इदं करिष्याम्यपरं त्विदं कृत्वा त्विदं पुनः ॥ इतीच्छा शतमारूढस्तेन दह्यामि दुर्मतिः
शीतोष्णवर्षादिभवं लोभात्सोढं मयाऽशुभम् ॥ तदेव हि न धर्मार्थं तेन दह्यामि दुर्मतिः
पितृदेवमनुप्याणामदत्त्वा यापिता हि ये ॥ ते गता नापि वर्तंत दह्याम्येकोऽत्र दुर्मतिः
पुत्रक्षेत्रकलत्रेषु ममत्वाहृतचेतसा ॥ बह्वसाधु कृतं कर्म तेन दह्यामि दुर्मतिः
tasyaitadvacanaṃ śrutvā vipītasya savedanaḥ || vedanārta uvācedaṃ kṛcchrāducchusya maṃdakam
|| sīrabhadra uvāca || || brahmannālocitaṃ pūrvaṃ kathamaṃte bhaviṣyati || aśāśvate śāśvatadhīstena dahyāmi durmatiḥ
idaṃ kariṣyāmyaparaṃ tvidaṃ kṛtvā tvidaṃ punaḥ || itīcchā śatamārūḍhastena dahyāmi durmatiḥ
śītoṣṇavarṣādibhavaṃ lobhātsoḍhaṃ mayā'śubham || tadeva hi na dharmārthaṃ tena dahyāmi durmatiḥ
pitṛdevamanupyāṇāmadattvā yāpitā hi ye || te gatā nāpi vartaṃta dahyāmyeko'tra durmatiḥ
putrakṣetrakalatreṣu mamatvāhṛtacetasā || bahvasādhu kṛtaṃ karma tena dahyāmi durmatiḥ
«„Услышав это слово Випиты, тот, страждущий, мучимый болью, с трудом, пересыхая, слабо промолвил. Сирабхадра сказал: „О брахман, не обдумано было прежде: как оно будет в конце? В непостоянном имея ум о постоянном — оттого и горю, злоумный. „Вот это сделаю, а потом вот это, а сделав это — снова вот это“, — так взобравшись на сотню желаний — оттого и горю, злоумный. Из жадности претерпел я недоброе, рождённое стужею, зноем, дождями и прочим, — и всё то не ради закона: оттого и горю, злоумный. Отцам, богам и людям не дав, отосланы были те, кто ушёл и уж не вернётся: горю здесь один, злоумный. С умом, унесённым чувством „моё“ к сыновьям, полям и жёнам, много недоброго дела сотворено: оттого и горю, злоумный“».
fa35be77e52e · प्रकाशित 21 अग॰ 2026, 4:37:48 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Катхам анте бхавишьяти — «как оно будет в конце». Первое, в чём он себя винит, — что не задумался о конце. Не о богах и не о законе: о том, чем всё кончится. Первою виною он называет то, что не подумал о конце.
Ашашвате шашватадхих — «в непостоянном имея ум о постоянном». Ошибка названа не жадностью, а обманом меры: принял временное за вечное. Это уже рассуждение, а не жалоба. Ошибка своя названа не жадностью, а тем, что временное было принято за вечное.
Идам каришьями апарам тв идам — ««вот это сделаю, а потом вот это»». Строка передаёт самую речь занятого человека, откладывающего жизнь на потом. Из всей главы это место самое узнаваемое. В стихе воспроизведена речь человека, вечно откладывающего жизнь на потом.
Иччха-шатам арудхах — «взобравшись на сотню желаний». Желания названы тем, на что он взобрался, — как на лестницу без верха. Слезть с неё он уже не мог. Желания изображены лестницей, с которой он не сумел сойти.
Шитошна-варшадибхавам содхам — «претерпел... рождённое стужею, зноем, дождями». Он вспоминает, сколько вытерпел на работе, — и что всё это было не ради закона. Труд не отрицается: отрицается его цель. Труд его не отрицается; отрицается только то, ради чего он терпел.
Тена дахьями дурматих — «оттого и горю, злоумный». Припев повторяется стих за стихом. Себя он называет не грешником, а неразумным. В припеве он зовёт себя не грешником, а неразумным.