ततो ऽनन्तरसंस्कारसंस्कृतो गुरुवेश्मनि यथोक्तं विधिम् आश्रित्य कुर्याद् विद्यापरिग्रहम् ।
गृहीतविद्यो गुरवे दत्त्वा च गुरुदक्षिणाम् गार्हस्थ्यम् इच्छन् भूपाल कुर्याद् दारपरिग्रहम् ।
ब्रह्मचर्येण वा कालं कुर्यात् संकल्पपूर्वकम् गुरोः शुश्रूषणं कुर्यात् तत्पुत्रादेर् अथापि वा ।
वैखानसो वापि भवेत् परिव्राड् अथवेच्छया पूर्वसंकल्पितं यादृक् तादृक् कुर्यान् महीपते ।
tato 'nantarasaṃskārasaṃskṛto guruveśmani yathoktaṃ vidhim āśritya kuryād vidyāparigraham /
gṛhītavidyo gurave dattvā ca gurudakṣiṇām gārhasthyam icchan bhūpāla kuryād dāraparigraham /
brahmacaryeṇa vā kālaṃ kuryāt saṃkalpapūrvakam guroḥ śuśrūṣaṇaṃ kuryāt tatputrāder athāpi vā /
vaikhānaso vāpi bhavet parivrāḍ athavecchayā pūrvasaṃkalpitaṃ yādṛk tādṛk kuryān mahīpate /
Затем, освящённый последующими обрядами, пусть в доме наставника, держась сказанного устава, приобретает знание.
Усвоив знание и дав наставнику плату, желающий домохозяйства пусть берёт жену, о хранитель земли.
Или же пусть проводит время в брахмачарье, по прежней решимости, совершая услужение наставнику, а после — его сыну и прочим.
Или пусть по желанию станет лесным жителем или странником: как решено прежде, так пусть и делает, о владыка земли.
a30d039bc369 · प्रकाशित 22 अग॰ 2026, 4:10:56 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Здесь названо то, что редко проговаривают вслух: выбор пути принадлежит самому человеку.
После учения перед ним не одна дорога, а четыре: жениться, остаться в ученичестве навсегда, уйти в лес, стать странником. И трижды повторено слово «по желанию», «по прежней решимости».
Значит, порядок ашрамов — не лестница, по которой обязаны идти все. Это распорядок для того, кто идёт обычным путём; кто решил иначе, может ступить сразу на третью или четвёртую ступень.
Одна оговорка, впрочем, важна: как решено прежде, так и делай. Ценится не свобода менять, а верность собственному решению. Выбирают однажды и держатся выбранного.
И отдельно назван тот, кто остаётся в брахмачарье навсегда: он служит наставнику, а потом сыну наставника. То есть остаётся в доме учения и после смерти учителя — не за человеком следует, а за местом.