तान् आनयध्वमसतो विमुखान् मुकुन्द
पादारविन्दमकरन्दरसादजस्रम्
निष्किञ्चनैः परमहंसकुलैरसङ्गैर्
जुष्टाद्गृहे निरयवर्त्मनि बद्धतृष्णान्
जिह्वा न वक्ति भगवद्गुणनामधेयं
चेतश्च न स्मरति तच्चरणारविन्दम्
कृष्णाय नो नमति यच्छिर एकदापि
तान् आनयध्वमसतो ऽकृतविष्णुकृत्यान्
tān ānayadhvamasato vimukhān mukunda
pādāravindamakarandarasādajasram
niṣkiñcanaiḥ paramahaṃsakulairasaṅgair
juṣṭādgṛhe nirayavartmani baddhatṛṣṇān
jihvā na vakti bhagavadguṇanāmadheyaṃ
cetaśca na smarati taccaraṇāravindam
kṛṣṇāya no namati yacchira ekadāpi
tān ānayadhvamasato 'kṛtaviṣṇukṛtyān
«„Приводите тех негодных, что вечно отвращены от нектарного сока лотосных стоп Мукунды, — сока, которым наслаждаются неимущие, безпривязанные роды высших лебедей, — и привязаны жаждою к дому, дороге в ад. У кого язык не говорит имени и достоинств Господа, и ум не помнит Его лотосных стоп, и голова ни разу не склоняется Кришне, — тех негодных, не сделавших ничего для Вишну, приводите“».
f3abf92a1f7d · опубликовано 14 авг. 2026 г., 18:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Приказ переписан заново, и переписан по другому основанию: прежде брали за содеянное, теперь — за несделанное. Ни одного греха в списке не названо.
Три признака идут по трём орудиям: язык, ум, голова. Те самые три — тело, речь, разум, — которыми в первой главе царь описывал совершение греха. Теперь ими же меряют бездействие.
Экада апи — «хоть однажды». Мера поставлена предельно низкая, и оттого приговор точен: осуждён не тот, кто мало кланялся, а тот, кто ни разу.
Грихе нирая-вартмани — «к дому, дороге в ад». Дом назван не грехом, а дорогой; и рядом стоит противопоставление: те же стопы, у которых кормятся нишкинчанах, «неимущие». Разница между двумя разрядами проведена по тому, к чему привязана жажда.