विलोकयन्ती निरवद्यमात्मनः पदं ध्रुवं चाव्यभिचारिसद्गुणम्
गन्धर्वसिद्धासुरयक्षचारण त्रैपिष्टपेयादिषु नान्वविन्दत
नूनं तपो यस्य न मन्युनिर्जयो ज्ञानं क्वचित् तच् च न सङ्गवर्जितम्
कश्चिन् महांस्तस्य न कामनिर्जयः स ईश्वरः किं परतो व्यपाश्रयः
धर्मः क्वचित् तत्र न भूतसौहृदं त्यागः क्वचित् तत्र न मुक्तिकारणम्
वीर्यं न पुंसो ऽस्त्य् अजवेगनिष्कृतं न हि द्वितीयो गुणसङ्गवर्जितः
क्वचिच् चिरायुर्न हि शीलमङ्गलं क्वचित् तदप्य् अस्ति न वेद्यमायुषः
यत्रोभयं कुत्र च सो ऽप्य् अमङ्गलः सुमङ्गलः कश्च न काङ्क्षते हि माम्
vilokayantī niravadyamātmanaḥ padaṃ dhruvaṃ cāvyabhicārisadguṇam
gandharvasiddhāsurayakṣacāraṇa traipiṣṭapeyādiṣu nānvavindata
nūnaṃ tapo yasya na manyunirjayo jñānaṃ kvacit tac ca na saṅgavarjitam
kaścin mahāṃstasya na kāmanirjayaḥ sa īśvaraḥ kiṃ parato vyapāśrayaḥ
dharmaḥ kvacit tatra na bhūtasauhṛdaṃ tyāgaḥ kvacit tatra na muktikāraṇam
vīryaṃ na puṃso 'sty ajaveganiṣkṛtaṃ na hi dvitīyo guṇasaṅgavarjitaḥ
kvacic cirāyurna hi śīlamaṅgalaṃ kvacit tadapy asti na vedyamāyuṣaḥ
yatrobhayaṃ kutra ca so 'py amaṅgalaḥ sumaṅgalaḥ kaśca na kāṅkṣate hi mām
«Оглядывая безупречное для себя место — постоянное и с неуклонными благими качествами, — она не нашла его среди гандхарвов, сиддхов, асуров, якшей, чаранов, обитателей третьего неба и прочих. „У кого-то, конечно, подвиг — но нет победы над гневом; где-то знание — и оно не свободно от привязанности; кто-то велик — у него нет победы над вожделением; а тот владыка — разве не опирается на другого? Где-то дхарма — там нет дружелюбия к существам; где-то отречение — но оно не причина освобождения; нет у мужа доблести, избавляющей от натиска нерождённого времени; и нет второго, свободного от связи с гунами. Где-то долгая жизнь — но нет благости нрава; где-то и это есть — но неведом срок жизни; а где и то и другое — там он в чём-то ином неблаг; вполне же благой — тот и не желает меня“».
acb7c369d71c · опубликовано 15 авг. 2026 г., 00:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Ниравадьям падам дхрувам — «безупречное место, постоянное». Она ищет не достойнейшего, а место, где можно остаться: удача уходит оттуда, где есть изъян, и потому изъян для неё — вопрос собственной устойчивости.
Тапах... манью-нирджаях — «подвиг... победа над гневом». Смотр устроен так, что каждое достоинство названо вместе с тем, что при нём отсутствует: подвижник гневлив, знающий привязан, великий похотлив, владыка сам от кого-то зависит. Ни одно качество не тянет за собою остальные.
Аджа-вега-нишкритам вирьям — «доблесть, избавляющая от натиска нерождённого». Нерождённое — время; и доблести, которая от него спасает, нет ни у кого. Проверка на этом слове перестаёт быть придирчивой и становится безнадёжной.
Су-мангалах ках ча на канкшате хи мам — «вполне благой — тот и не желает меня». Последняя строка выворачивает поиск наизнанку: у кого нет изъяна, тому и удача не нужна. Значит, искать надо не безупречного жениха, а Того, в ком полнота и желание сходятся, — и это перестаёт быть выбором среди равных.