śrī-bhagavān uvāca
यो विद्या-श्रुत-सम्पन्नः आत्मवान् नानुमानिकः
मया-मात्रम् इदं ज्ञात्वा ज्ञानं च मयि सन्न्यसेत्
ज्ञानिनस् त्व् अहम् एवेष्टः स्वार्थो हेतुश् च सम्मतः
स्वर्गश् चैवापवर्गश् च नान्यो ऽर्थो मद्-ऋते प्रियः
ज्ञान-विज्ञान-संसिद्धाः पदं श्रेष्ठं विदुर् मम
ज्ञानी प्रियतमो ऽतो मे ज्ञानेनासौ बिभर्ति माम्
तपस् तीर्थं जपो दानं पवित्राणीतराणि च
नालं कुर्वन्ति तां सिद्धिं या ज्ञान-कलया कृता
तस्माज् ज्ञानेन सहितं ज्ञात्वा स्वात्मानम् उद्धव
ज्ञान-विज्ञान-सम्पन्नो भज मां भक्ति-भावतः
ज्ञान-विज्ञान-यज्ञेन माम् इष्ट्वात्मानम् आत्मनि
सर्व-यज्ञ-पतिं मां वै संसिद्धिं मुनयो ऽगमन्
yo vidyā-śruta-sampannaḥ ātmavān nānumānikaḥ
mayā-mātram idaṃ jñātvā jñānaṃ ca mayi sannyaset
jñāninas tv aham eveṣṭaḥ svārtho hetuś ca sammataḥ
svargaś caivāpavargaś ca nānyo 'rtho mad-ṛte priyaḥ
jñāna-vijñāna-saṃsiddhāḥ padaṃ śreṣṭhaṃ vidur mama
jñānī priyatamo 'to me jñānenāsau bibharti mām
tapas tīrthaṃ japo dānaṃ pavitrāṇītarāṇi ca
nālaṃ kurvanti tāṃ siddhiṃ yā jñāna-kalayā kṛtā
tasmāj jñānena sahitaṃ jñātvā svātmānam uddhava
jñāna-vijñāna-sampanno bhaja māṃ bhakti-bhāvataḥ
jñāna-vijñāna-yajñena mām iṣṭvātmānam ātmani
sarva-yajña-patiṃ māṃ vai saṃsiddhiṃ munayo 'gaman
«Кто наделён знанием и слушанием, владеет собою и не держится одних умозаключений, — тот, познав, что это лишь майя, пусть и само знание сложит во мне. Для знающего я и есть желанное, своя цель и признанная причина, и небо, и освобождение; нет иной цели, дорогой ему помимо меня. Достигшие совершенства в знании и различении знают мою наилучшую обитель; потому знающий мне дражайший: знанием он поддерживает меня. Подвиг, тиртха, джапа, даяние и прочие очищения не в силах дать то совершенство, что творится долею знания. Потому, познав себя вместе со знанием, Уддхава, наделённый знанием и различением, чти меня с расположением бхакти. Жертвою знания и различения почтив меня, самую суть, в себе, — меня, владыку всех жертв, — мудрецы достигли совершенства».
ecbf0726b1cf · опубликовано 16 авг. 2026 г., 07:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
На ануманиках — «не [держится] одних умозаключений». Три условия для того, кто способен на последний шаг: знание, слушание и власть над собою. И четвёртое дано отрицанием — не «анумаников», не тот, чьё понимание держится на одном выводе. Проверка поставлена на источник: вывод хорош, но человек, стоящий только на нём, не назван готовым.
Джнанам ча майи саньясет — «и само знание сложит во мне». Глагол «саньясет» — тот же корень, что и «санньяса», отречение. Отрекаются, стало быть, не от мира только, а и от знания о нём. Последним отдают орудие, которым всё было сделано — ровно как топор в конце двенадцатой главы; и отдают не в пустоту, а «майи», в Него.
Джнанена асау бибхарти мам — «знанием он поддерживает меня». Сказано с обратной стороны и оттого поражает: не Господь поддерживает знающего, а знающий — Господа. Слово «бибхарти» значит нести, содержать, кормить. Знание описано как то, чем человек держит Его при себе, — и потому знающий назван «приятама», дражайшим.
Джнана-калая крита — «творится долею знания». Мера намеренно уменьшена: не всё знание, а «кала», доля его, малая часть. И против этой доли поставлены подвиг, паломничество, джапа, даяние — весь набор очищений. Целое одного проигрывает частице другого, и в этом весь довод; при этом ни одно очищение не названо ложным.
Бхаджа мам бхакти-бхаватах — «чти меня с расположением бхакти». После пяти стихов о превосходстве знания вывод сделан не в его пользу: познав себя, наделённый знанием и различением — чти. Знание не отменено и не понижено. Оно поставлено условием, а не заменою, и потому глава о джняни оказывается ведущей к бхакти, а не спорящей с нею.
Джнана-виджнана-ягьена — «жертвою знания и различения». Знание названо видом жертвы, а место её указано — «атмани», в себе, без огня и утвари. И Тот, кому она приносится, назван «сарва-ягья-пати», владыкою всех жертв. Внутреннее приношение введено в общий обрядовый счёт, а не противопоставлено ему, — и мудрецы достигли совершенства именно им.