अथ द्वैपायनो ज्ञात्वा त्वरितः समुपागमत् ॥
तां स मांसमयीं पेशीं ददर्श जपतां वरः ॥
ततो ऽब्रवीत् सौबलेयीं किम् इदं ते चिकीर्षितम् ॥
सा चात्मनो मतं सत्यं शशंस परमर्षये ॥
ज्येष्ठं कुन्तीसुतं जातं श्रुत्वा रविसमप्रभम् ॥
दुःखेन परमेणेदम् उदरं पातितं मया ॥
शतं च किल पुत्राणां वितीर्णं मे त्वया पुरा ॥
इयं च मे मांसपेशी जाता पुत्रशताय वै ॥
atha dvaipāyano jñātvā tvaritaḥ samupāgamat ||
tāṃ sa māṃsamayīṃ peśīṃ dadarśa japatāṃ varaḥ ||
tato 'bravīt saubaleyīṃ kim idaṃ te cikīrṣitam ||
sā cātmano mataṃ satyaṃ śaśaṃsa paramarṣaye ||
jyeṣṭhaṃ kuntīsutaṃ jātaṃ śrutvā ravisamaprabham ||
duḥkhena parameṇedam udaraṃ pātitaṃ mayā ||
śataṃ ca kila putrāṇāṃ vitīrṇaṃ me tvayā purā ||
iyaṃ ca me māṃsapeśī jātā putraśatāya vai ||
«Тогда Двайпаяна, узнав, спешно явился; и тот ком плоти увидел лучший из творящих джапу. Тогда он сказал дочери Субалы: „Что это ты задумала?“ И она правдиво поведала свой помысел великому мудрецу: „Услышав, что родился старший сын Кунти, сиянием подобный солнцу, от величайшего горя я обрушила это чрево. Сто сыновей было даровано мне тобою прежде, — а вот у меня родился лишь этот ком плоти вместо ста сыновей“».
585b86215f80 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 16:30:26 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь Вьяса является спасти положение, а Гандхари правдиво кается. Знаменательно, что мудрец «узнаёт» о беде издалека и спешит: попечение святого о тех, кому он дал дар, не оставляет их и в их падении. Знаменательна и правдивость Гандхари: она не оправдывается, но прямо открывает мудрецу свой малодушный помысел. Здесь — добродетель искреннего признания: кто, согрешив, не таит, но честно исповедует вину пред старшим, тот достоин помощи и прощения. Знаменательно её сетование на мнимое неисполнение дара — и тут раскроется верность слова Вьясы. Так писание противопоставляет малодушию и нетерпению Гандхари неизменную верность слова святого, готового даже из погубленного нетерпением кома плоти воздвигнуть обещанное.