वैशंपायन उवाच
ततस् तस्मिन् क्षणे कर्णः सलाजकुसुमैर् घटैः ॥
काञ्चनैः काञ्चने पीठे मन्त्रविद्भिर् महारथः ॥
अभिषिक्तो ऽङ्गराज्ये स श्रिया युक्तो महाबलः ॥
सच्छत्रवालव्यजनो जयशब्दान्तरेण च ॥
उवाच कौरवं राजा राजानं तं वृषस् तदा ॥
अस्य राज्यप्रदानस्य सदृशं किं ददानि ते ॥
प्रब्रूहि राजशार्दूल कर्ता ह्य् अस्मि तथा नृप ॥
अत्यन्तं सख्यम् इच्छामीत्य् आह तं स सुयोधनः ॥
एवम् उक्तस् ततः कर्णस् तथेति प्रत्यभाषत ॥
हर्षाच् चोभौ समाश्लिष्य परां मुदम् अवापतुः ॥
vaiśaṃpāyana uvāca
tatas tasmin kṣaṇe karṇaḥ salājakusumair ghaṭaiḥ ||
kāñcanaiḥ kāñcane pīṭhe mantravidbhir mahārathaḥ ||
abhiṣikto 'ṅgarājye sa śriyā yukto mahābalaḥ ||
sacchatravālavyajano jayaśabdāntareṇa ca ||
uvāca kauravaṃ rājā rājānaṃ taṃ vṛṣas tadā ||
asya rājyapradānasya sadṛśaṃ kiṃ dadāni te ||
prabrūhi rājaśārdūla kartā hy asmi tathā nṛpa ||
atyantaṃ sakhyam icchāmīty āha taṃ sa suyodhanaḥ ||
evam uktas tataḥ karṇas tatheti pratyabhāṣata ||
harṣāc cobhau samāśliṣya parāṃ mudam avāpatuḥ ||
«Тогда в тот же миг Карна, тот махаратха, был помазан на царство Анги — водою из золотых сосудов с воздушным рисом и цветами, на золотом сидении, знатоками мантр, — наделённый царственным величием, многосильный, с зонтом и опахалами, под возгласы победы. И царь-Вриша сказал тогда Дурьодхане: „Что дам я тебе, равное этому дару царства? Скажи, о тигр среди царей; ибо я сделаю то, о государь“. „Желаю нерушимой дружбы“, — сказал ему Дурьодхана. Так упрошенный, Карна ответил: „Да будет так“, — и оба, обнявшись от радости, обрели высшее блаженство».
93189728d746 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 16:53:32 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь скрепляется дружба, которой суждено пережить всё. Знаменательно благородство Карны: облагодетельствованный царством, он немедля ищет, чем отплатить, — благодарность его не знает меры. Знаменательно и то, что Дурьодхана просит не службы и не выгоды, а «нерушимой дружбы»: в этот миг и в нём говорит нечто подлинное, не один расчёт. Здесь видно, что даже меж неправедными может вспыхнуть настоящая приязнь, и верность Карны Дурьодхане станет одною из чистейших нот эпоса — тем трагичнее, что отдана она защитнику адхармы. Знаменательно, что эта дружба «из расчёта» обращается в истинную и пожизненную: Карна не предаст Дурьодхану даже узнав, что он сын Кунти и брат врагов. Так писание являет величие и обречённость Карны разом: его несокрушимая верность — и его пагуба, ибо привязала его к неправому делу до самой смерти.