युधिष्ठिर उवाच
एवम् एतद् यथात्थ त्वं हिडिम्बे नात्र संशयः ॥
स्थातव्यं तु त्वया धर्मे यथा ब्रूयां सुमध्यमे ॥
स्नातं कृताह्निकं भद्रे कृतकौतुकमङ्गलम् ॥
भीमसेनं भजेथास् त्वं प्राग् अस्तगमनाद् रवेः ॥
अहःसु विहरानेन यथाकामं मनोजवा ॥
अयं त्व् आनयितव्यस् ते भीमसेनः सदा निशि ॥
yudhiṣṭhira uvāca
evam etad yathāttha tvaṃ hiḍimbe nātra saṃśayaḥ ||
sthātavyaṃ tu tvayā dharme yathā brūyāṃ sumadhyame ||
snātaṃ kṛtāhnikaṃ bhadre kṛtakautukamaṅgalam ||
bhīmasenaṃ bhajethās tvaṃ prāg astagamanād raveḥ ||
ahaḥsu viharānena yathākāmaṃ manojavā ||
ayaṃ tv ānayitavyas te bhīmasenaḥ sadā niśi ||
Юдхиштхира сказал: «Так это, как ты говоришь, Хидимба, нет в том сомнения; но ты должна пребывать в дхарме, как я скажу, о тонкостанная. Омытого, свершившего дневные обряды и благие обряды Бхимасену прими в мужья до захода солнца; днём странствуй с ним по желанию, о быстрая, как мысль, но к ночи всегда возвращай этого Бхимасену [к нам]».
77f4d7f0dac5 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 17:09:57 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь Юдхиштхира согласует исполнение желания с законом. Знаменательно, что он не отвергает любовь, но вводит её в берега дхармы: союз дозволен, но размерен — лишь днём, по свершении обрядов, с непременным возвращением Бхимы к ночи. Дхарма не враждебна радости, но упорядочивает её: дозволенное наслаждение, поставленное в границы, не разрушает долга. Знаменательно условие о возвращении: семья не лишается Бхимы, и брат не выпадает из общего служения. Так писание являет мудрость царя дхармы, что умеет соединить милость к просящему с верностью долгу — даруя счастье, не жертвуя порядком.