«Которыми тронутый и укушенный, в облике червя рождается прета; источает плоть и кровь. Из той беды вышедший, затем иное обретает, ради муки усердно. Затем видит он сыновей — великую скорбь, весьма жестокую: мать, отца, и сыновей, и жён милых, впереди убиваемого, кричащего, бессознательного: „Увы, спаси, спаси, сын!“ — кричащий туда и сюда; дубинами, молотами, посохами, коленями и бамбуком также, и кулаками, и плетьми, и гадами, на колени взошедшими. То увидев, такую скорбь, затем в помрачение он приходит. Так же свои деяния чередою снова и снова обретают здесь они, люди, творящие злодеяния. И четыре великих греха, поведением пятый, совершив, те люди идут в ту страну, грешники».