तं तत्र कश्चिन् नृप दैवचोदितो ग्राहो बलीयांश्चरणे रुषाग्रहीत्
यदृच्छयैवं व्यसनं गतो गजो यथाबलं सो ऽतिबलो विचक्रमे
तथातुरं यूथपतिं करेणवो विकृष्यमाणं तरसा बलीयसा
विचुक्रुशुर्दीनधियो ऽपरे गजाः पार्ष्णिग्रहास्तारयितुं न चाशकन्
नियुध्यतोरेवमिभेन्द्रनक्रयोर् विकर्षतोरन्तरतो बहिर्मिथः
समाः सहस्रं व्यगमन् महीपते सप्राणयोश्चित्रममंसतामराः
taṃ tatra kaścin nṛpa daivacodito grāho balīyāṃścaraṇe ruṣāgrahīt
yadṛcchayaivaṃ vyasanaṃ gato gajo yathābalaṃ so 'tibalo vicakrame
tathāturaṃ yūthapatiṃ kareṇavo vikṛṣyamāṇaṃ tarasā balīyasā
vicukruśurdīnadhiyo 'pare gajāḥ pārṣṇigrahāstārayituṃ na cāśakan
niyudhyatorevamibhendranakrayor vikarṣatorantarato bahirmithaḥ
samāḥ sahasraṃ vyagaman mahīpate saprāṇayościtramamaṃsatāmarāḥ
«Там некий крокодил, весьма сильный, побуждаемый судьбою, царь, в ярости схватил его за ногу; так по случаю попавший в беду слон, весьма сильный, силился [вырваться] по мере сил. Слонихи, [видя] так страждущего вожака, влекомого силою сильнейшего, закричали, с убогим разумом; и прочие слоны, [державшие его] за пятки, не смогли вытащить. Так у боровшихся владыки слонов и крокодила, тянувших друг друга — внутрь и наружу, — прошла тысяча лет, о владыка земли; и бессмертные сочли дивом, что оба живы».
4eda6a182ae3 · 发布于 2026年8月14日 23:00:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Даива-чодитах — «побуждаемый судьбою». О крокодиле сказано то же, что о слоне: оба подтолкнуты. Виновного в этой схватке нет ни с одной стороны.
Паршни-грахах — «державшие за пятки». Слово, которым Дити в шестой песни назвала Вишну, зашедшего с тыла; здесь оно буквальное: слоны тянут вожака за задние ноги — и не могут.
Антаратах бахих — «изнутри и наружу». Вся схватка сведена к одному: один тянет в воду, другой на сушу. Каждый силён в своей стихии, и оттого ничья длится тысячу лет.
Читрам амамсата амарах — «бессмертные сочли дивом». Дивом названо не то, что слон борется, а то, что оба ещё живы. Смотрят на это те, кто сам не умирает.