«Меж тем возничий, подведя весьма дивную колесницу, запряжённую конями — Сугривою и прочими, — поклонившись, стал впереди; взяв рукою руки возничего, он затем взошёл на неё, соединённый с Сатьяки и Уддхавою, — как солнце [восходит] на восточную гору. Провожаемый застенчиво-любовными взглядами женщин внутренних покоев, с трудом отпущенный, он вышел, [у кого] родилась улыбка, похищающий ум. В собрание, именуемое Сударма, окружённый всеми Вришни, он вошёл — у вошедших в него нет, о [царь], шести волн. Там, воссев на высшее сиденье, вездесущий сиял, своим сиянием освещая стороны света, окружённый львами среди мужей — Яду, — лучший из Яду, как царь светил в небе сонмами звёзд. Там, о царь, шуты — разными видами смешного — вездесущему прислуживали, [и] наставники лицедеев, [и] плясуньи — тандавами, порознь, под звуки мриданг, вин, мураджей, флейт, тарелок и раковин плясали, пели и славили суты, магадхи и вандины. Там говорили некие брахманы, сидящие, знатоки Брахмана, и рассказывали сказания о прежних царях, чья слава свята. Туда, о царь, пришёл один человек, невиданный прежде; возвещённый Владыке привратниками, он был впущен; он, поклонившись Кришне, высшему господу, со сложенными ладонями, поведал о горе царей, рождённом заключением у Джарасандхи; и те цари, что при его завоевании сторон света не пришли с поклоном, силою заперты им были — две десятитысячи — в Гириврадже».