«„Что у шудр случается нежеланного по природе, то же самое и у брахманов не бывает без помехи. Потому ни мантра, ни агнихотра, ни заклание животного на жертвеннике не суть причины брахманства — как и обряд, что шудрам не под силу. И те существа, что связаны узами дела и изнемогают, чьи умы приведены в смятение зноем огня круговорота, — в чаще рождения и смерти, жаждущие сладости бессмертия, блуждая под кровом убожества, не обретают успокоения. А те худшие из людей четырёх варн, что каждый в своей силе, — у них во всём и всеми свойствами усматривается смешение. Шудра, брахман и прочие не различаются между собою в лоне; от одинаковости всех свойств освящение и прочее бесцельно. По неисполнению того, по нарушению дхармы, по разлуке, по смерти и прочему, по служению неслужимому и по иному шудры, брахманы и прочие равны — разумением, силою, природою, свойствами, породою и прочим, благополучием, тем, что надлежит делать, заслугою и грехом, понемногу, всем, что живёт в теле; узами, заточениями, разными способами мучительства и утеснения, наказаниями и ненаказанием, унынием и сетованием; саттвическими — противодхармой и прочим, раджасическими — пёстро извитыми, тамасическими — жаром, ослеплением и прочим, — снова и снова терзаемые“».