नाचिकेतं पिता दृष्ट्वा पतितं दुःखमूर्छितः ॥
किं मया कृतम् इत्य् उक्त्वा निपपात महीतले ॥
तस्य दुःखपरीतस्य स्वं पुत्रम् उपगूहतः ॥
व्यतीतं तद् अहःशेषं सा चोग्रा तत्र शर्वरी ॥
पित्र्येणाश्रुप्रपातेन नाचिकेतः कुरूद्वह ॥
प्रास्पन्दच्छयने कौश्ये वृष्ट्या सस्यम् इवाप्लुतम् ॥
स पर्यपृच्छत् तं पुत्रं श्लाघ्यं प्रत्यागतं पुनः ॥
दिव्यैर् गन्धैः समादिग्धं क्षीणस्वप्नम् इवोत्थितम् ॥
अपि पुत्र जिता लोकाः शुभास् ते स्वेन कर्मणा ॥
दिष्ट्या चासि पुनः प्राप्तो न हि ते मानुषं वपुः ॥
प्रत्यक्षदर्शी सर्वस्य पित्रा पृष्टो महात्मना ॥
अन्वर्थं तं पितुर् मध्ये महर्षीणां न्यवेदयत् ॥
nāciketaṃ pitā dṛṣṭvā patitaṃ duḥkhamūrchitaḥ ||
kiṃ mayā kṛtam ity uktvā nipapāta mahītale ||
tasya duḥkhaparītasya svaṃ putram upagūhataḥ ||
vyatītaṃ tad ahaḥśeṣaṃ sā cogrā tatra śarvarī ||
pitryeṇāśruprapātena nāciketaḥ kurūdvaha ||
prāspandacchayane kauśye vṛṣṭyā sasyam ivāplutam ||
sa paryapṛcchat taṃ putraṃ ślāghyaṃ pratyāgataṃ punaḥ ||
divyair gandhaiḥ samādigdhaṃ kṣīṇasvapnam ivotthitam ||
api putra jitā lokāḥ śubhās te svena karmaṇā ||
diṣṭyā cāsi punaḥ prāpto na hi te mānuṣaṃ vapuḥ ||
pratyakṣadarśī sarvasya pitrā pṛṣṭo mahātmanā ||
anvarthaṃ taṃ pitur madhye maharṣīṇāṃ nyavedayat ||
«Нациекету отец, увидев упавшего, горем обмерший, „что мною сделано“ сказав, пал на землю. У него, горем объятого, своего сына обнимающего, прошёл тот остаток дня и та грозная там ночь. Отцовским слёз пролитием Нациекета, о продолжатель Куру, шевельнулся на кушевом ложе, дождём злак словно орошённый. Он спросил того сына, достохвального, вернувшегося вновь, дивными ароматами умащённого, как от лёгкого сна вставшего: „Разве, сын, завоёваны миры благие тобою своим делом? К счастью же ты вновь обретён — не ведь твоё человеческое тело“. Воочию видевший всё, отцом спрошенный, великим духом, соответственно то, отца средь махариши, поведал».
8e37e6f504a2 · 发布于 2026年6月21日 00:45:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Тотчас за гневом приходит раскаяние: отец, увидев сражённого сына, обмирает, восклицая «что я сделал!» — так слепая ярость, отгремев, оборачивается отчаянием. Знаменательно, чем оживлён отрок: «отцовскими слезами», как «злак — дождём». Любовь, пролитая в слезах раскаяния, врачует рану, нанесённую гневом; то, что убило слово, воскрешает плач сердца. И возвращается сын преображённым — благоуханным, «не в человеческом теле», как от лёгкого сна, ибо побывал в иных мирах. Так из родительской вины и любви рождается дивное свидетельство: побывавший за порогом смерти возвращается поведать виденное.