摩诃婆罗多 · 14.55.16
॥
天城文
जरेयं नावबुद्धा मे नाभिज्ञातं सुखं च मे ॥
शतवर्षोषितं हि त्वं न माम् अभ्यनुजानथाः ॥
转写 (IAST)
jareyaṃ nāvabuddhā me nābhijñātaṃ sukhaṃ ca me ||
śatavarṣoṣitaṃ hi tvaṃ na mām abhyanujānathāḥ ||
逐字释义
梵语IAST释义
जरा इयं न अवबुद्धा मेjarā iyaṃ na avabuddhā meстарость эта не замечена мною; сия старость не примечена мною
न अभिज्ञातं सुखं च मेna abhijñātaṃ sukhaṃ ca meи не изведано счастье [покой] мною; и не изведан покой мною
शतवर्षोषितं हि त्वंśatavarṣoṣitaṃ hi tvaṃибо прожившего сто лет, ты; ведь прожившего сто лет, ты [меня]
न माम् अभ्यनुजानथाःna mām abhyanujānathāḥменя не отпускал; не отпускал [домой]
译文
[Уттанка сказал:] «…[оттого] эта старость не замечена мною, и покоя я не изведал; ибо, прожившего [здесь] сто лет, ты меня не отпускал».
版本
38a54ee21f42 · 发布于 2026年6月21日 07:30:00 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Уттанка кротко открывает: век прошёл незаметно, ибо гуру не отпускал его. Знаменательно, что и в этой жалобе нет упрёка — лишь объяснение скорби. Стих учит, что преданное сердце даже о своей утрате говорит без ропота: Уттанка не винит наставника, а лишь печалится о неузнанном времени. Кто, понеся ущерб от чужой любви, не обижается, тот совершенен в смирении; и кротость Уттанки, не обвиняющего удержавшего его гуру, дороже самого его подвига.