तदा च खे दुन्दुभयो विनेदुर् गन्धर्वसिद्धाः समहर्षिसङ्घाः
वार्त्रघ्नलिङ्गैस्तमभिष्टुवाना मन्त्रैर्मुदा कुसुमैरभ्यवर्षन्
वृत्रस्य देहान् निष्क्रान्तमात्मज्योतिररिन्दम
पश्यतां सर्वदेवानामलोकं समपद्यत
tadā ca khe dundubhayo vinedur gandharvasiddhāḥ samaharṣisaṅghāḥ
vārtraghnaliṅgaistamabhiṣṭuvānā mantrairmudā kusumairabhyavarṣan
vṛtrasya dehān niṣkrāntamātmajyotirarindama
paśyatāṃ sarvadevānāmalokaṃ samapadyata
«И тогда в небе загремели литавры; гандхарвы, сиддхи и сонмы великих мудрецов, восхваляя его мантрами с приметами убийцы Вритры, с радостью осыпали его цветами. А собственный свет души, вышедший из тела Вритры, о смиритель врагов, на глазах у всех богов достиг обители вне миров».
4b43086eb00e · published Aug 14, 2026, 8:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Вартра-гхна-лингаих мантраих — «мантрами с приметами убийцы Вритры». Победителю поют гимны, где он назван по этому убийству; так и войдёт в Веду имя Вритрахан. Слава его отныне навсегда связана с тем, кого он убил.
Последний стих сказан так, что переворачивает всё торжество. Пока сверху сыплют цветами, атма-джьотих, «собственный свет», выходит из растерзанного тела — на глазах у всех богов, и они этого не могут не видеть.
А-локам самападьята — «достиг не-мира». Не рая и не какого-либо из миров: того, что вне их всех. Ровно то, о чём он просил в прошлой главе, отказываясь и от неба, и от освобождения.
Победитель остался с цветами и с новым именем; побеждённый ушёл туда, куда цветов не бросают. Кто из двоих выиграл ту игру в кости, где «не знают, чья победа», — сказано без единого слова оценки.