चण्डालश्वपचौ वर्ज्यौ निवापे समुपस्थिते ॥
काषायवासी कुष्ठी वा पतितो ब्रह्महापि वा ॥
संकीर्णयोनिर् विप्रश् च संबन्धी पतितश् च यः ॥
वर्जनीया बुधैर् एते निवापे समुपस्थिते ॥
इत्य् एवम् उक्त्वा भगवान् स्ववंशजम् ऋषिं पुरा ॥
पितामहसभां दिव्यां जगामात्रिस् तपोधनः ॥
caṇḍālaśvapacau varjyau nivāpe samupasthite ||
kāṣāyavāsī kuṣṭhī vā patito brahmahāpi vā ||
saṃkīrṇayonir vipraś ca saṃbandhī patitaś ca yaḥ ||
varjanīyā budhair ete nivāpe samupasthite ||
ity evam uktvā bhagavān svavaṃśajam ṛṣiṃ purā ||
pitāmahasabhāṃ divyāṃ jagāmātris tapodhanaḥ ||
«Чандала и пса-варитель избегаемы при приношении предстоящем; в охре одетый, прокажённый ли, падший, брахманоубийца ли, смешанного лона брахман, и родич, падший который, — избегаемы мудрыми эти при приношении предстоящем». Так сказав, господин, своего рода риши, некогда, в Питамахи собрание дивное пошёл Атри, подвигом богатый.
e6a48e7bb44e · published Jun 21, 2026, 2:30:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Завершает наставление перечень тех, кому не место при поминальной трапезе: отверженный, прокажённый, падший, брахманоубийца, отступник из родни. Как и в перечне порочных приемлющих прежде, мерилом и здесь служит не рождение само по себе, а отпадение от дхармы — «падший» (patita) стоит во главе исключаемых. Святыня памяти об отцах ограждается от соприкосновения с осквернённым, дабы приношение дошло неповреждённым. Изрекши же сей полный устав скорбящему потомку и утешив его, праотец Атри восходит в дивное собрание Брахмы. Так замыкается повесть о начале шраддхи: рождённый из отцовского горя обряд утверждён небесным словом и возвращён небу.