Upanishads · Nirālamba 16
॥
Devanāgarī
सुखमिति च सच्चिदानन्दस्वरूपं ज्ञात्वानन्दरूपा या स्थितिः सैव सुखम् । दुःखमिति अनात्मरूपः विषयसङ्कल्प एव दुःखम्
Transliteration (IAST)
sukhamiti ca saccidānandasvarūpaṃ jñātvānandarūpā yā sthitiḥ saiva sukham | duḥkhamiti anātmarūpaḥ viṣayasaṅkalpa eva duḥkham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
सुखम् इति चsukham iti ca«радость» же —
सच्-चिद्-आनन्द-स्वरूपं ज्ञात्वाsac-cid-ānanda-svarūpaṃ jñātvāпознав природу бытия, сознания, блаженства
आनन्द-रूपा या स्थितिःānanda-rūpā yā sthitiḥто стояние, чей облик — блаженство
सैव सुखम्saiva sukhamоно и есть радость
दुःखम् इति अनात्म-रूपःduḥkham iti anātma-rūpaḥ«горе» же — имеющий облик не-Атмана
विषय-सङ्कल्प एव दुःखम्viṣaya-saṅkalpa eva duḥkhamзамысел о предметах — вот и горе
Translation
«Радость» же: познав природу бытия, сознания и блаженства, — то стояние, чей облик блаженство, оно и есть радость. «Горе» же — замысел о предметах, имеющий облик не-Атмана: вот и горе.
Version
6787e29b2bc1 · published Aug 2, 2026, 1:16:47 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Радость определена как **стояние** (*стхити*), а не как переживание: не то, что приходит и уходит, а то, в чём стоя́т.
А горе — **санкальпа**, «замысел о предметах». Не сами предметы, не потери и не боль: **замысел**, то есть прицел на вещь.
Определение это тонкое и проверяемое. Горе начинается не тогда, когда вещи нет, а тогда, когда она **задумана**: с этой минуты её отсутствие и делается горем.
Наша традиция прибавляет к этому одно, и оно не отменяет сказанного. Санкальпу не выпалывают досуха — её **переставляют**: замысел о предметах меняют на замысел о служении. Оттого у нас говорят не «не желай», а **«желай Его»**; и Майтрейи, которую мы читали, сказала об этом прямо, велев созерцать в сердце Владыку как **предмет высшей любви**.