«Тучи, стряхнутые гривою, разлетались; и планеты, у которых Его взгляд похитил свет; океаны, ударяемые дыханием, взволновались; слоны сторон, испуганные гулом, взревели. Небо переполнилось колесницами, подброшенными Его гривою; и земля отступила, придавленная стопою; горы взлетали от Его натиска, и от Его жара не сияли небо и стороны света. Затем, [когда] Он воссел в собрании на превосходном царском сиденье, могучий, с собранным жаром, у кого не видно противника на колеснице, весьма негодующий, с яростным лицом, — никто не приблизился. Увидев того изначального дайтью — жар на темени трёх миров, — убитого Хари в сече, жёны богов, у которых лица расцвели от порыва радости, вновь и вновь осыпали [Его] дождями цветов».