यावन्नो मनसः स्थैर्यं न यावच्छास्त्रचिन्तनम् । यावन्न गुरुकारुण्यं तावत्तत्त्वकथा कुतः
तावत्तपो व्रतं तीर्थं जपहोमार्चनादिकम् । वेदशास्त्रागमकथा यावत्तत्त्वं न विन्दति
तस्मात्सर्वप्रयत्नेन सर्वावस्थासु सर्वदा । तत्त्वनिष्ठो भवेत्तार्क्ष्य यदीच्छेन्मोक्षमात्मनः
धर्मज्ञानप्रसूनस्य स्वर्गमोक्षफलस्य च । तापत्रयादिसन्तप्तश्छायां मोक्षतरोः श्रयेत्
तस्माज्ज्ञानेनात्मतत्त्वं विज्ञेयं श्रीगुरोर्मुखात् । सुखेन मुच्यते जन्तुर्घोरसंसारबन्धनात्
तत्त्वज्ञस्यान्तिमं कृत्यं शृणु वक्ष्यामि ते ऽधुना । येन मोक्षमवाप्नोति ब्रह्म निर्वाणसंज्ञकम्
अन्तकाले तु पुरुष आगते गतसाध्वसः । छिन्द्यादसंगशस्त्रेण स्पृहां देहे ऽनु या च तम्
गृहात्प्रव्राजितो धीरः पुण्यतीर्थजलाप्लुतः । शुचौ विविक्त आसीनो विधिवत्कल्पितासने
अभ्यसेन्मनसा शुद्धं त्रिवृद्ब्रह्माक्षरं परम् । मनो यष्छेज्जितश्वासो ब्रह्म बीजमविस्मरन्
नियच्छेद्विषयेभ्यो ऽक्षान्मनसा बुद्धि सारथिः । मनः कर्मभिराक्षिप्तं शुभार्थे धारयेद्धिया
अहं ब्रह्म परं धाम ब्रह्माहं परमं पदम् । एवं समीक्ष्य चात्मानमात्मन्याधाय निष्कले
ओमित्येकाक्षरं ब्रह्म व्याहरन्मामनुस्मरन् । यः प्रयाति त्यजन्देहं स याति परमां गतिम्
yāvanno manasaḥ sthairyaṃ na yāvacchāstracintanam / yāvanna gurukāruṇyaṃ tāvattattvakathā kutaḥ
tāvattapo vrataṃ tīrthaṃ japahomārcanādikam / vedaśāstrāgamakathā yāvattattvaṃ na vindati
tasmātsarvaprayatnena sarvāvasthāsu sarvadā / tattvaniṣṭho bhavettārkṣya yadīcchenmokṣamātmanaḥ
dharmajñānaprasūnasya svargamokṣaphalasya ca / tāpatrayādisantaptaśchāyāṃ mokṣataroḥ śrayet
tasmājjñānenātmatattvaṃ vijñeyaṃ śrīgurormukhāt / sukhena mucyate janturghorasaṃsārabandhanāt
tattvajñasyāntimaṃ kṛtyaṃ śṛṇu vakṣyāmi te 'dhunā / yena mokṣamavāpnoti brahma nirvāṇasaṃjñakam
antakāle tu puruṣa āgate gatasādhvasaḥ / chindyādasaṃgaśastreṇa spṛhāṃ dehe 'nu yā ca tam
gṛhātpravrājito dhīraḥ puṇyatīrthajalāplutaḥ / śucau vivikta āsīno vidhivatkalpitāsane
abhyasenmanasā śuddhaṃ trivṛdbrahmākṣaraṃ param / mano yaṣchejjitaśvāso brahma bījamavismaran
niyacchedviṣayebhyo 'kṣānmanasā buddhi sārathiḥ / manaḥ karmabhirākṣiptaṃ śubhārthe dhārayeddhiyā
ahaṃ brahma paraṃ dhāma brahmāhaṃ paramaṃ padam / evaṃ samīkṣya cātmānamātmanyādhāya niṣkale
omityekākṣaraṃ brahma vyāharanmāmanusmaran / yaḥ prayāti tyajandehaṃ sa yāti paramāṃ gatim
…пока нет у ума устойчивости, пока нет размышления над шастрой, пока нет милости гуру — откуда взяться речи об истине? До тех пор подвижничество, обет, святое место, джапа, возлияние, поклонение и прочее, речи вед, шастр и агам — всё это, пока человек не обрёл истины. Поэтому всяким усилием, во всех состояниях и всегда пусть будет он утверждён в истине, Таркшья, если желает освобождения для себя. Палимый тремя жарами, пусть придёт в тень дерева освобождения, у которого цветы — дхарма и знание, а плод — небо и освобождение. Поэтому знанием надлежит познать истину о себе из уст благословенного гуру: тогда существо легко освобождается от уз страшного круговорота. Слушай, я поведаю тебе теперь о последнем деле знающего истину — о том, которым он обретает освобождение, Брахман, именуемый угасанием. Когда пришёл час конца, человек, у которого ушёл страх, пусть отсечёт мечом непривязанности влечение к телу и всё, что за ним следует. Ушедший из дома, стойкий, омытый водою святого места, воссев в чистом уединённом месте на сиденье, устроенном по правилу, пусть повторяет умом чистый высший троесоставный слог Брахмана; победив дыхание, пусть обуздает ум, не забывая семени Брахмана. Пусть отвратит чувства от предметов умом, а разум да будет возничим; ум, увлекаемый деяниями, пусть рассудком удержит на благой цели. «Я — Брахман, высшая обитель; Брахман — я, высшее прибежище» — так усмотрев и утвердив себя в себе, в нераздельном, произнося односложное «ом», Брахман, и памятуя Меня, кто уходит, оставляя тело, тот идёт к высшей цели.
6a25f7082e4d · publicado 3 sept 2026, 3:06:16 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Список условий завершается тремя, из которых два первых зависят от человека, а третье — нет: устойчивость ума, размышление над шастрой и милость гуру. Тем самым сказанное о самостоятельном усилии не превращается в самодостаточность. И сразу дана оценка всему предыдущему обряду: подвижничество, обеты, паломничество, джапа, возлияния, поклонение — всё это «до тех пор». Не отменено, а поставлено на своё место: как то, что делают, пока не обретена истина.
Дерево освобождения названо так, что видны и корень, и середина, и верх: цветы его — дхарма и знание, плод — небо и освобождение, а нужна человеку прежде всего тень. Слово о трёх жарах здесь не украшение: тот, кто пришёл к этому дереву, пришёл не за рассуждением, а от боли. Отсюда и настойчивое «из уст гуру» — третий раз за главу; знание описывается как передаваемое, а не добываемое одиночкой.
Последнее дело изложено как порядок действий, а не как настроение. Сначала отсекается влечение к телу — тем самым «мечом непривязанности», о котором говорили два слова, «моё» и «не моё». Затем чистое уединённое место и устроенное сиденье; затем дыхание и обузданный им ум; затем чувства, отведённые от предметов, с разумом-возничим — образ, знакомый по колеснице тела. И только после этого — слово: односложное «ом» и памятование. Порядок важен: усмотрение «я — Брахман» стоит не в начале как заявление, а в конце как итог всего, что сделано; и вместе с ним стоит māmanusmaran, «Меня памятуя», — то, что не даёт этому усмотрению замкнуться на себе.