Garuḍa
गरुड उवाच । श्रुता मया दयासिन्धो ह्यज्ञानाज्जीवसंसृतिः । अधुना श्रोतुमिच्छामि मोक्षोपायं सनातनम्
भगवन्देवदेवेश शरणागतवत्सल । असारे घोरसंसारे सर्वदुः खमलीमसे
नानाविधशरीरस्था अनन्ता जीवराशयः । जायन्ते च म्रियन्ते च तेषामन्तो न विद्यते
सदा दुः खातुरा एव न सखी विद्यते क्कचित् । केनोपायेन मोक्षेश मुच्यन्ते वद मे प्रभो
श्रीभगवानुबाच । शृणु तार्क्ष्य प्रवक्ष्यामि यन्मां त्वं परिपृच्छसि । यस्य श्रवणमात्रेण संसारान्मुच्यते नरः
अस्ति देवः परब्रह्मस्वरूपो निष्कलः शिवः । सर्वज्ञः सर्वकर्ता च सर्वेशो निर्मलो ऽद्वयः
स्वयञ्ज्योतिरनाद्यन्तो निर्विकारः परात्परः । निर्गुणः सच्चिदानन्दस्तदंशा जीवसंज्ञकाः
अनाद्यविद्योपहता यथाग्नौ विस्फुलिङ्गकाः । देहाद्युपाधिसम्भिन्नास्ते कर्मभिरनादिभिः
सुखदुः खप्रदैः पुण्यपारूपैर्नियन्त्रिताः । तत्तज्जातियुतं देहमायुर्भोगञ्च कर्मजम्
प्रतिजन्म प्रपद्यन्ते तेषामपि परं पुनः । ससूक्ष्मलिङ्गशरीरमामोक्षादक्षरं खग
स्थावराः कृमयश्चाजाः पक्षिणः पशवो नगः । धार्मिकास्त्रिदशास्तद्वन्मोक्षिणश्च यथाक्रमम्
चतुर्विधशरीराणि धृत्वा मुक्त्वा सहस्रशः । सुकृतान्मा नवो भूत्वा ज्ञानी चेन्मोक्षमाप्नुयात्
garuḍa uvāca / śrutā mayā dayāsindho hyajñānājjīvasaṃsṛtiḥ / adhunā śrotumicchāmi mokṣopāyaṃ sanātanam
bhagavandevadeveśa śaraṇāgatavatsala / asāre ghorasaṃsāre sarvaduḥ khamalīmase
nānāvidhaśarīrasthā anantā jīvarāśayaḥ / jāyante ca mriyante ca teṣāmanto na vidyate
sadā duḥ khāturā eva na sakhī vidyate kkacit / kenopāyena mokṣeśa mucyante vada me prabho
śrībhagavānubāca / śṛṇu tārkṣya pravakṣyāmi yanmāṃ tvaṃ paripṛcchasi / yasya śravaṇamātreṇa saṃsārānmucyate naraḥ
asti devaḥ parabrahmasvarūpo niṣkalaḥ śivaḥ / sarvajñaḥ sarvakartā ca sarveśo nirmalo 'dvayaḥ
svayañjyotiranādyanto nirvikāraḥ parātparaḥ / nirguṇaḥ saccidānandastadaṃśā jīvasaṃjñakāḥ
anādyavidyopahatā yathāgnau visphuliṅgakāḥ / dehādyupādhisambhinnāste karmabhiranādibhiḥ
sukhaduḥ khapradaiḥ puṇyapārūpairniyantritāḥ / tattajjātiyutaṃ dehamāyurbhogañca karmajam
pratijanma prapadyante teṣāmapi paraṃ punaḥ / sasūkṣmaliṅgaśarīramāmokṣādakṣaraṃ khaga
sthāvarāḥ kṛmayaścājāḥ pakṣiṇaḥ paśavo nagaḥ / dhārmikāstridaśāstadvanmokṣiṇaśca yathākramam
caturvidhaśarīrāṇi dhṛtvā muktvā sahasraśaḥ / sukṛtānmā navo bhūtvā jñānī cenmokṣamāpnuyāt
Гаруда сказал: «Услышал я от тебя, о океан милости, что круговорот рождений живого идёт от незнания. Теперь хочу услышать о вечном пути к освобождению. О Владыка, Бог богов, любящий припавших к прибежищу! В этом лишённом сути, страшном круговороте, запятнанном всякой болью, бесконечные сонмы живых существ пребывают в телах всякого рода; они рождаются и умирают, и конца им нет. Всегда измученные бедой, они нигде не находят подруги-радости. Каким средством они освобождаются, о владыка освобождения? Скажи мне, о господин». Шри Бхагаван сказал: «Слушай, Таркшья, поведаю о том, о чём ты меня спрашиваешь, — от одного слушания этого человек освобождается от круговорота. Есть Бог, чья природа — высший Брахман: нераздельный, благой, всеведущий, всесозидающий, владыка всего, незапятнанный, недвойственный; самосветящийся, безначальный и бесконечный, неизменный, выше высшего, вне гун, бытие-сознание-блаженство. Его частицы зовутся дживами. Поражённые безначальным неведением — как искры в огне, — они разделены оболочками тела и прочего и связаны безначальными деяниями, дающими радость и боль, скованы заслугой и грехом. В каждом рождении они обретают тело, соединённое с тем или иным родом рождения, срок жизни и вкушение, рождённые деянием; и у них остаётся тонкое тело, неразрушимое до самого освобождения, о птица. Неподвижные, черви и козы, птицы, скот, люди, праведные, боги и так же освобождённые — по порядку. Приняв и оставив тысячами тела четырёх родов, став новым от добрых дел, если человек станет знающим — он обретёт освобождение».
8322754855c4 · publicado 3 sept 2026, 3:06:16 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Вся книга шла к этому вопросу. Гаруда выслушал дорогу умершего, шестнадцать городов, суд, дарения, шраддху, тела воздаяния — и спрашивает не о том, как облегчить путь, а о том, как выйти из него вовсе. Он называет круговорот «лишённым сути»: не злым, не несправедливым, а пустым — сколько в нём ни двигайся, сути не прибавится. И главное слово вопроса — sanātanam, «вечный»: путь, который не зависит от эпохи, страны и обстоятельств, в отличие от всех обрядов, о которых говорилось прежде.
Ответ начинается не с метода, а с описания того, к Кому идут. Перечислены признаки, которые в этой книге прозвучат один раз и разом: нераздельный, всеведущий, всесозидающий, незапятнанный, недвойственный, самосветящийся, безначальный, неизменный, вне гун, бытие-сознание-блаженство. И сразу — связь: tad-aṃśā jīva-saṃjñakāḥ, «Его частицы зовутся дживами». Образ искр в огне держит обе стороны истины: искра той же природы, что пламя, и всё же не пламя. Отсюда и беда, и надежда: беда — что искра забыла, чья она; надежда — что забыть можно, а перестать быть частицей нельзя.
Лестница видов дана строго снизу вверх: неподвижные, черви, животные, птицы, скот, люди, праведники, боги, освобождённые. Она не о превосходстве одних над другими, а о том, что подъём совершается тысячами тел и не совершается сам собой: даже дойдя до верхних ступеней, живое остаётся в кругу — «до самого освобождения» тонкое тело не разрушается. Освобождает не высота ступени, а знание. Этим ответом задан весь остаток главы: дальше пойдёт разбор того, чем знание не является.