Бхишма
युधिष्ठिर उवाच
यद् इदं श्राद्धधर्मेषु दीयते भरतर्षभ ॥
छत्रं चोपानहौ चैव केनैतत् संप्रवर्तितम् ॥
कथं चैतत् समुत्पन्नं किमर्थं च प्रदीयते ॥
न केवलं श्राद्धधर्मे पुण्यकेष्व् अपि दीयते ॥
एतद् विस्तरतो राजञ् श्रोतुम् इच्छामि तत्त्वतः ॥
भीष्म उवाच
शृणु राजन्न् अवहितश् छत्रोपानहविस्तरम् ॥
यथैतत् प्रथितं लोके येन चैतत् प्रवर्तितम् ॥
यथा चाक्षय्यतां प्राप्तं पुण्यतां च यथा गतम् ॥
सर्वम् एतद् अशेषेण प्रवक्ष्यामि जनाधिप ॥
इतिहासं पुरावृत्तम् इमं शृणु नराधिप ॥
जमदग्नेश् च संवादं सूर्यस्य च महात्मनः ॥
yudhiṣṭhira uvāca
yad idaṃ śrāddhadharmeṣu dīyate bharatarṣabha ||
chatraṃ copānahau caiva kenaitat saṃpravartitam ||
kathaṃ caitat samutpannaṃ kimarthaṃ ca pradīyate ||
na kevalaṃ śrāddhadharme puṇyakeṣv api dīyate ||
etad vistarato rājañ śrotum icchāmi tattvataḥ ||
bhīṣma uvāca
śṛṇu rājann avahitaś chatropānahavistaram ||
yathaitat prathitaṃ loke yena caitat pravartitam ||
yathā cākṣayyatāṃ prāptaṃ puṇyatāṃ ca yathā gatam ||
sarvam etad aśeṣeṇa pravakṣyāmi janādhipa ||
itihāsaṃ purāvṛttam imaṃ śṛṇu narādhipa ||
jamadagneś ca saṃvādaṃ sūryasya ca mahātmanaḥ ||
Юдхиштхира сказал: «Что это в шраддха-обрядах даётся, о бык Бхаратов, зонт и сандалии, — кем это заведено? Не только в шраддха-обряде, и в благих обрядах даётся; это подробно, о царь, услышать желаю доподлинно». Бхишма сказал: «Слушай, о царь, внимательный, зонта-сандалий обстоятельность — как это распространилось в мире, и кем это заведено, и как нетленность обрело, и святость как обрело, — всё это без остатка поведаю, о владыка людей. Сказание о былом это слушай, о владыка людей, — Джамадагни беседу и Солнца, великого духом».
13b9af397a08 · publicado 21 jun 2026, 3:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Любознательность Юдхиштхиры обращается к одному из самых скромных даров обряда — зонту и сандалиям, что подносят при шраддхе и иных благочестивых деяниях. Откуда этот обычай и отчего он свят? Знаменательно, что предание не отмахивается от малого, а возводит его к великой повести — к беседе риши Джамадагни с самим Солнцем. Так подтверждается, что в дхарме нет незначащих мелочей: и зонт, и обувь, поданные ближнему, имеют свой возвышенный исток. Прежде же, чем явить, как родился обычай защищать главу и стопы от зноя, рассказ вводит в самую причину — в палящий жар полуденного солнца, опаливший некогда жену подвижника.