ऊचुश्च पाहि नो नित्यं विहुण्डस्य महाभयात्
वर्धन्तु देवताः सर्वाः सुसुखेन महेश्वराः । विहुण्डं नाशयिष्यामि पापिष्ठं देवकण्टकम्
एवमाभाष्य तान्देवान्मायां कृत्वा जनार्दनः । स्वयमेव स्थितस्तत्र नन्दने सुमहायशाः
मायामयं चकाराऽथ स्त्रीरूपं च गुणान्वितम् । विष्णुमाया महाभागा सर्वविश्वप्रमोहिनी
चकार रूपमतुलं विष्णोर्माया प्रमोहिनी । विहुण्डस्य वधार्थाय रूपलावण्यशालिनी
सा देवानां हितार्थाय दिव्यमार्गं जगाम ह । नन्दनान्ते ततो मायामपश्यद्दितिजेश्वरः
तया विमोहितो दैत्यः कामबाणकृतान्तरः । आत्मनाशं न जानाति कालरूपां वरस्त्रियम्
ūcuśca pāhi no nityaṃ vihuṇḍasya mahābhayāt
vardhantu devatāḥ sarvāḥ susukhena maheśvarāḥ | vihuṇḍaṃ nāśayiṣyāmi pāpiṣṭhaṃ devakaṇṭakam
evamābhāṣya tāndevānmāyāṃ kṛtvā janārdanaḥ | svayameva sthitastatra nandane sumahāyaśāḥ
māyāmayaṃ cakārā'tha strīrūpaṃ ca guṇānvitam | viṣṇumāyā mahābhāgā sarvaviśvapramohinī
cakāra rūpamatulaṃ viṣṇormāyā pramohinī | vihuṇḍasya vadhārthāya rūpalāvaṇyaśālinī
sā devānāṃ hitārthāya divyamārgaṃ jagāma ha | nandanānte tato māyāmapaśyadditijeśvaraḥ
tayā vimohito daityaḥ kāmabāṇakṛtāntaraḥ | ātmanāśaṃ na jānāti kālarūpāṃ varastriyam
«И сказали: „Защити нас навсегда от великого страха перед Вихундой“. — „Да процветают в благополучии все божества, великие владыки; истреблю я Вихунду, величайшего грешника, занозу богов“. Сказав так тем богам и сотворив майю, Джанардана сам пребыл там, в Нандане, многославный. Сотворил Он затем созданный майей женский облик, наделённый достоинствами: Вишну-майя, высокоблагая, чарующая всю вселенную. Приняла несравненный облик чарующая майя Вишну — ради убиения Вихунды, блистающая красою и прелестью. Ради блага богов пошла она небесной дорогой; и тогда на краю Нанданы увидел майю владыка сынов Дити. Обольщён был ею дайтья, пронзённый стрелою Камы: он не узнаёт своей гибели — прекрасную жену, чей образ есть Смерть».
91f9d5a9be74 · प्रकाशित 3 सित॰ 2026, 4:13:38 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Вишну не берёт оружия. Против того, кто раскалил себя подвигом до нестерпимости, послана не сила, а видимость; и первое, чем она действует, — красота. Здесь стоит удержать точное слово: явлена не богиня, а майя — то самое, чем мир держится в обмане. Демон, которого не одолеть в бою, одолевается тем, что уже живёт в нём самом. Его собственное вожделение и станет орудием. Строка о том, что он «не узнаёт своей гибели — прекрасную жену, чей образ есть Смерть», сказана прямо и не про одного Вихунду. Смерть редко приходит в облике смерти; чаще она приходит в облике желаемого, и как раз потому её и не узнают. А сам Господь при этом остаётся в стороне, в Нандане: Он не вступает в бой, Он лишь отпускает майю идти.